Онлайн книги жанра «Современная русская и зарубежная проза, страница 547»

Книга на примере биографий десяти русских миллиардеров рассказывает о политической и экономической подоплеке новейшей истории России. Как устроено наше общество? По каким законам живет? Откуда и куда движется?

Герой этой книги живет в пути, как герои Керуака. Дорога - это краеугольный камень его бытия. Каир, Нью-Йорк, Москва, Киев, Пекин, Каракорум, Стамбул, Венеция, Лондон - новые впечатления, новые люди, чужие жизни, история и современность сменяют друг друга в головокружительной пляске. Еще одна страна, еще один город - кажется, вот-вот сложится паззл и ты поймешь что-то важное...

"Русская книга" - роман о том, чем мог бы заняться Индиана Джонс, если бы родился в России. И еще немного о том, было бы ему вообще, чем заняться в такой странной стране, как Россия.

Более дурацкого занятия, чем болтаться по клубам, человечество не изобрело за все семь с половиной тысяч лет, проведенных им вне Эдемского сада. Впрочем, это я сейчас такой умный. А было время… В середине 90-х я отправлялся `клубить` ежевечерне. Каждое утро я был похмелен и разбит. За это время от меня два раза уходила жена. В клубах я оставил столько денег, что их хватило бы на покупку громадного внедорожника. В этой книге я расскажу вам о том, какие бывают клубы, пабы, дансинги, бирштюбе и рестораны. О том, в какие игры не стоит играть и какие блюда не стоит заказывать. Мы поговорим о музыке, девушках и наркотиках. Может быть, на деньги от продажи этой книги я все-таки куплю себе джип. Илья Стогoff

Илья Стогоff, автор нескольких культовых романов, обратился к малому жанру и написал книгу рассказов. Лирический герой Стогоffа взрослеет, переоценивает ценности, отстраняется от поколения "птючей". Благодаря уже только одной, столь неожиданной для читателя, "смене вех", произведенной автором, эта книга обречена на успех.

Девяностые - мое десятилетие. Это было время, когда самой собой стала моя страна, и я сам тоже был сформирован именно тогда. Сперва я думал, что эта эпоха стала счастьем и кошмаром для меня одного. Мне казалось, будто у остальных все иначе. А потом я начал писать эту книжку и понял: таких, как я,- целое поколение. Это чертово десятилетие танковыми гусеницами проехалось по моей биографии и по биографиям моих ровесников. Практически все, кто начинал эту последнюю русскую революцию, уже мертвы. А те, что уцелели, выглядят так, будто только что выбежали пожара: огонь уже потушили, а на лице еще видны сполохи. Счастливым из этих людей не выглядит никто.