Архив электронных книг – страница 21039

Дана дрожала мелкой дрожью, ее губы дрожали, кривились, но она не смела даже пикнуть, глядя в сумасшедшие глаза. — Он мертв… — едва выдавила она. — Мой Ма… муж мертв…. — Да, — согласилось чудовище, выпуская ее лицо. — Урод оказался хитрее меня — сдох, не дожидаясь пока я приду за ним. Женщина подавила всхлип ужаса, понимая, что этот человек приготовил для нее. Он был сумасшедшим, ненормальным маньяком, ненавидевшим все живое. — Я…. — она пыталась собраться с мыслями, — я ничего вам не сделала….. Он не ответил. Отошел к окну и чуть отодвинул занавеску, глядя на заходящее солнце. — Я помню твой голос, — внезапно спокойно заметил он. Настолько буднично и спокойно, что Дана невольно вздрогнула. — Я слушал твою программу на радио тогда, четыре года назад, каждый раз, когда ехал на работу. Мне нравилось, как ты ее ведешь — остро, с юмором, с точными комментариями, бьющими прямо в цель, Дана Романова, — он назвал ее по девичьей фамилии. — Подающие надежды, молодая, наглая и острая журналистка, которая даже прогноз погоды читала так, что заставляла людей улыбаться. Мне говорили, — он обернулся к ней, — что ты пришла на работу к главному редактору, и когда тебя не взяли — стала приходить на радио каждый день. Разносила кофе, делала распечатки, участвовала в работе даже не имея трудового договора. Пока тебя не стали воспринимать своей и не устроили работать, это так, Дана? Она молча кивнула, отводя глаза от него, глядя на серые стены своей тюрьмы. Когда это было? Сотню лет назад… и было ли вообще…. Всего четыре года назад. Четыре года... И ей — 23 года. И вся жизнь еще впереди. Любимая работа, любимый жених, окруживший ее заботой, роскошью, подарками. Все обернулось кошмаром...

— Можно мне сегодня уйти пораньше? — едва ворочая языком, спрашиваю, впервые за все время не решаясь посмотреть ему в глаза. — Зачем? — кажется, удивляется даже, брови вскидывает. Действительно, зачем? У меня же не может быть никаких дел, никакой жизни, она вся вокруг него должна крутиться. — У меня дела, — отвечаю уклончиво. — Какие? — бросает сухо и, мазнув по мне все тем же равнодушным взглядом, снова утыкается в документы. Ну не сволочь? — Личные. — Личные? — ну надо же, я снова сумела привлечь его внимание. — Да, личные. — Для личных дел, Маша, существует внерабочее время. — А у меня его и нет, вы отлично об этом позаботились. — И твоя зарплата это отлично компенсирует, или я ошибаюсь? К тому же ты знала, на что идешь и тебя все устраивало, что изменилось? — усмехается криво, немного надменно даже. Сволочь. Что изменилось? Совсем ничего, я всего-то вспомнила в подробностях ночь, о которой ты, похоже, решил забыть.

— Мне кажется, я теряю профессиональную объективность, — выпаливаю я. — Ты влюбляешься в пациента? — спрашивает она. — Это же классика! Я читала про такое в романах. Перенос, контрперенос и всё такое. — Он не пациент, — поправляю я, чувствуя, как глупо это звучит. — Он отец пациентки. И это даже хуже. Я — психолог. Моя пациентка — девочка, которой требуется срочная помощь. Её отец — человек, привыкший всё контролировать. Он не верит в терапию, не говорит о чувствах и терпеть не может, когда кто-то вторгается в его жизнь. Я всегда учила студентов: никогда не пересекать границу, никогда не позволять чувствам влиять на терапию. Но сама пересекла. И теперь не знаю, как вернуться обратно.

— Почему какая-то девица рассказывает всем, что ты собираешься на ней жениться?! — влетаю в кабинет мужа, едва сдерживая слезы. — Потому что это правда. Я действительно собираюсь сделать Дилару своей женой. Я отшатываюсь от него, словно после удара. — А как же?! Как же я? — Ты и дальше будешь моей законной женой. Ты хорошая. Послушная. Чистая. Я тебя люблю. Но я мужчина. И никто не отменял моих потребностей. Тем более ты сейчас в положении. Как я буду к тебе прикасаться? Меня будто обливают грязью. Я открываю рот, чтобы возразить, но он перебивает меня жестом. — Хватит, Аля, я уже все решил, — чеканит беспощадно. — Сегодня я познакомлю ее с семьей, и хочу, чтобы ты относилась к ней, как к родной. Пять лет брака, идеальный муж и долгожданная беременность. Моя жизнь рушится, когда муж сообщает, что собирается привести в дом новую женщину! Я не готова быть для него второй женой, но знаю, что просто так он меня не отпустит.

Московский учитель Кирилл, спасаясь от ложного обвинения, оказывается в глухой деревне, где сталкивается с озлобленным местным подростком-изгоем, Крестом – живым воплощением невысказанной боли. Их противостояние, полное взаимной ненависти и непонимания, оборачивается чудовищной трагедией, когда в жизнь Кирилла входит любовь.

Продолжение «Любимого злодея» – истории темной страсти от самого популярного автора Германии. Он – ее любимый злодей. Она – его единственная слабость. Нурия оказалась в ловушке. Король преступного мира держит ее взаперти в своем особняке и утверждает, что она – его невеста, которую он потерял три года назад. Похоже, на этот раз Нурия не сможет сбежать. Все ее попытки вырваться из плена проваливаются. Внезапно в ее жизни вновь появляется Демон… ее таинственный незнакомец… ее преследователь. Потеряв память и утратив связь с реальностью, Нурия разрывается между двумя монстрами. Один жаждет ее сломить и сделать своей, другой готов сжечь мир дотла, чтобы ее вернуть. Оба опасны, жестоки и оба хотят уничтожить друг друга. Нурия ничего не помнит из своего прошлого. Она смогла бы вновь полюбить кого-то из них. Вот только кому же она доверится? Для поклонников «Преследуя Аделин», «Адвокат киллера», «Испорченный король», «Обещания и гранаты». «Каждая сцена идеально выписана, каждый поворот неожиданный, а финал вообще застал меня врасплох. Именно таким и должен быть дарк романс: непредсказуемым, эмоциональным и совершенно захватывающим». – LovelyBooks Об авторе Д. С. Одесса – псевдоним молодой немецкой писательницы, автора бестселлеров по версии журнала Spiegel. Ее любимый жанр – темная романтика с элементами детектива. Ее яркий стиль повествования, мастерство писать чувственные сцены и держать напряжение обеспечили ей популярность и любовь читательниц по всему миру.