Архив электронных книг – страница 21205

Жена миллиардера Арсена Ямпольского должна быть не просто красивой, она должна быть особенной, это не его личная прихоть и блажь, а жизненная необходимость, иначе никто НЕ ПОВЕРИТ. А ему нужно, чтобы поверили. Что он влюблен. Что у него снесло крышу от любви. Что Арсен Ямпольский душу готов продать за свою молодую жену. Значит она должна быть именно такой — юной, красивой, за которую можно не задумываясь отдать состояние. И чтобы ни у кого не возникло и тени сомнения. Эта книга — мидквел к роману «Он тебя не любит (?)»

В тексте есть: первая любовь, нежная героиня, криминальный авторитет Сегодня мне исполнилось восемнадцать. И сегодня я узнала, что стала наследницей Тимура Талерова. Помимо легального бизнеса Тимур имеет вес в определенных криминальных кругах. Мне не нужно это наследство, мне нужен сам Тим Талер, но он сказал четко и ясно, что между нами ничего не может быть. И что я должна забыть его. Но если я не могу быть рядом с Тимуром Талеровым, я могу родить себе другого Тимура — его ребенка. Тогда никто не сможет его у меня отнять, и в моей жизни снова появится Тим Талер. Мой собственный сын. Продолжения: "Я рожу тебе сына"

— Но он же парализованный, — говорю, и голос окончательно срывается. Прокашливаюсь. Смотрю на подруг и шепчу умоляюще. — Девочки, скажите, что вы пошутили... На террасе ресторана, на которой мы сидим, повисает тишина. Мария заправляет за ухо прядь волос, поспешно отводит взгляд. Антониетта уставилась в окно, будто там происходит что-то дико интересное. С грохотом бахаю о стол бокалом с недопитым коктейлем. — Он парализованный, — повторяю громко. — Они что, с ума сошли? Вообще-то Риццо Фальцоне не просто парализован. Парень с рождения форменный овощ, пускающий слюни. Я искренне сочувствую донне Луизе и покойному дону Марко, но... Внезапно Антониетта поворачивает голову и говорит очень ясно и внятно: — Не кричи. Не хватало, чтобы потом говорили, как ты прилюдно обсуждала своего мужа! — Да плевать! — меня трясет. — Я не выйду замуж за Риццо. Мария поджимает губы. — Ты всегда была слишком гордая, Вивиана. Твой отец мечтал подложить тебя под дона Феликса. Но не вышло, придется смириться. Ты дочь предателя, так что никто тебя даже спрашивать не станет. Антониетта пытается улыбнуться, но выходит фальшиво. — Ну ты же все сама прекрасно понимаешь, Виви! Так устроен мир. Радуйся, что хоть кто-то тебя берет после всего, что устроил твой отец! Мой отец предал своего босса, и теперь меня хотят отдать замуж, чтобы искупить вину. Но я не хочу играть по их правилам. Если моя девственность единственное, что осталось у семьи, значит, от нее нужно срочно избавиться...

Демьян осматривает меня с головы до ног. — Раздевайся. — Что? — переспрашиваю в недоумении. Это он так тупо шутит? — Ты что, оглохла? Точно ущербная. Снимай блузку, говорю, — раздражается. — Так… Так нечестно… — шепчу, чтобы не разреветься. — Давай, заучка, раздевайся, — приятели Демьяна оживляются. — Снимай свои убогие шмотки. — Она сама убогая, — кривит губы Демьян. — Что ты выбрала? Блузку или телефон? — Я должна ходить голой? — Наденешь мою рубашку. Расстегиваю пуговички, поворачиваюсь спиной к парням и снимаю блузку. Демьян достает из кармана телефон. — Сама меня найдешь, слышала, заучка?

Вытаскиваю стоящее по центру тяжеленное блюдо. Кажется, сейчас оторвутся руки. Но я не сдаюсь, размахиваюсь и швыряю точно в середину двери. — Будете знать, как людей на улице похищать. Ворье бессовестное! Меня украли. Среди бела дня в центре города на виду у десятков горожан недалеко от полицейского участка. Открывается дверь, и входит мой сводный брат. Радуюсь, что он приехал меня спасти, но Максуд улыбается своей самой отвратительной улыбкой, и я понимаю, что жестоко ошиблась. — Вижу, ты все правильно поняла, Марта, — он делает еще один шаг. — Зря ты упиралась. Я предупреждал, все будет по-моему.

Я незнакома с миллиардером Тимуром Арсановым и знакомства с ним не ищу — это раз. Я модель не бывшая, а несостоявшаяся — это два. У меня есть собственный сын — это три. Конечно, мне хочется, чтобы у Богдана был отец, который его любит и переживает о нем так же, как я. От финансовой помощи я тем более отказываться бы не стала. Только это невозможно. Никак. Бодькин отец не подонок и не мерзавец, который нас бросил. Мой сын — только мой ребенок, его отец не знает о нем. Потому, что я сама не знаю, кто отец моего сына.