Книга Тайна вдовьей таверны, страница 80 – Агния Сказка

Ночь только начиналась. Но она обещала быть самой страшной, самой длинной, самой кошмарной в моей жизни.

В ответ прозвучал ее испуганный, дрожащий голос, словно издалека.

– Маргарет… их слишком много. Я… я не могу сосчитать. Они повсюду. Вокруг таверны, как волки, окружающие добычу. Они злые… очень злые, – В ее голосе слышался неподдельный ужас, от которого по коже побежали мурашки. – Будь осторожна, Маргарет… они… они хотят причинить вам зло.

Я закусила губу до крови, стараясь унять дрожь в руках.

– Лия! Кипяток! Быстро! Нужно подняться наверх и вылить его на них из окон второго этажа. Это даст нам время, чтобы придумать что-нибудь еще.

Лия, словно очнувшись от оцепенения, кивнула и бросилась к печи, где в большом котле всегда кипела вода. Я слышала, как она гремит посудой, торопливо переливая кипяток в ведра. Каждая секунда тянулась, как вечность, каждый удар в дверь отдавался болезненным эхом в моей голове.

Через минуту Лия вернулась. Но не одна.

За ней, прижимая ее к себе, словно живой щит, стоял… Джон.

Агнес ахнула, словно ее ударили ножом.

– Джон?! Но… это невозможно! Он же…, – она замолчала, не в силах договорить. В ее голосе звучало такое удивление и ужас, что мне стало страшно.

В руке Джона, плотно обхватывающей шею Лии, блеснул длинный, острый нож. Лезвие прижалось к ее горлу, оставляя тонкую красную полоску на нежной коже.

– Маргарет, - голос Джона был холоден и тверд, как лед. – Брось топор. Сейчас же. Иначе девчонка умрет.

Я замерла, словно громом пораженная. Джон…муж Маргарет, которого все считали погибшим. Но как?

В голове метались мысли, словно стая испуганных птиц. Что делать? Как поступить? Спасти Лию или попытаться сражаться? Но шансы на победу против такого количества врагов, да еще и с заложником, были ничтожно малы.

Я сглотнула ком в горле, стараясь говорить как можно спокойнее.

– Джон… пожалуйста… не надо. Мы можем договориться.

Он усмехнулся, и эта усмешка была страшнее любого крика.

– Конечно договоримся, – кивнул мужчина. – Делай что тебе говорят. Бросай топор. Или она умрет прямо сейчас, – он сильнее прижал нож к горлу Лии, и на ее коже выступила тонкая струйка крови.

Я посмотрела на девушку. В ее глазах плескался ужас, но в то же время я увидела в них мольбу. – Сделай, как он говорит, Маргарет, - прошептала она едва слышно.

Я закрыла глаза, собираясь с силами. Это был самый трудный момент в моей жизни. Отдать топор – значит подписать себе и Лии смертный приговор. Но не отдать – значит обречь Лию на верную смерть прямо сейчас.

С трудом разжав пальцы, я бросила топор на пол. Глухой удар дерева о дерево прозвучал в оглушающей тишине, как похоронный колокол.

– Хорошо, - сказал Джон, глядя на меня с нескрываемым презрением. – А теперь открой двери. И впусти в таверну всех… моих друзей, – он сделал ударение на последнем слове, словно издеваясь.

Я стояла, не двигаясь, словно парализованная.

– Я сказал – открой двери, - взревел Джон, сильнее прижимая нож к горлу Лии. Кровь потекла сильнее.

Я подчинилась. Медленно, словно во сне, я подошла к двери и открыла ее.

В таверну хлынула толпа разъяренных мужчин, с оружием в руках, с горящими злобой глазами. Они ворвались внутрь, как стая голодных волков, готовых растерзать свою добычу. Ад, казалось, ворвался вместе с ними в мой дом и в мою жизнь.