Книга Обреченные судьбы, страница 45 – Вероника Дуглас

Впереди показался источник света, и я тенью ступил на участок тьмы рядом с ним.

— Будь прокляты судьбы, — пробормотал я, перекрывая шум.

Подо мной и надо мной открылась обширная пещера, освещенная бирюзовым бассейном у основания, который заливал пространство бледно-голубым светом. Я протянул руку через выступ, на котором стоял, и коснулся влажного, теплого воздуха, поднимавшегося от горячего источника.

Стены были разрисованы полосами серых экскрементов и, подобно пчелиным сотам, испещрены по меньшей мере сотней отверстий, достаточно больших, чтобы в них мог пролезть грифоноскакун.

Это был гребаный улей василисков. Неудивительно, что склоны гор превратились в сад скульптур.

— Невозможно, — прошептал я, вглядываясь в пещеру внизу. — Они полностью вышли из-под контроля.

— Удивительно, что происходит, когда ты пренебрегаешь своими обязанностями, — раздался мягкий женский голос у меня за спиной.

Беззвучно выругавшись, я повернулся к Элидоре. Я безошибочно узнал ее магическую подпись, когда она окутала меня — горечь коры терновника и сладкий аромат незабудки.

Ирония судьбы, поскольку все, чего я хотел, — это забыть богиню гор.

— Элидора, — осторожно отозвался я.

Она застенчиво улыбнулась мне. На ней была длинная фиолетовая сорочка и большая меховая накидка, скрывавшая ее миниатюрное тело.

— Я думала, ты забыл обо мне, Бог Волков. Я так рада, что ты пришел.

Иметь с ней дело было риском, на который у меня не хватало терпения.

— Тебя нелегко забыть, но я пришел не в гости. Я пришел за василиском.

В ее льдисто-голубых глазах промелькнуло разочарование, а под ним — острое предостережение.

— Ты должен был бы знать, что входить в мои владения без подношения — неразумно.

— Я положил подношение к твоему святилищу и произнес нужные слова.

Она от души рассмеялась.

— Это жалкое зрелище? Ты позоришь меня, Кейден, — Элидора подошла ближе и провела пальцем по моей руке. — Мой голод нельзя утолить едой и шелками. Ты знаешь, чего я жажду.

Я схватил ее за запястье и оттолкнул.

— Тогда ты будешь сильно разочарована. Я обещаю прислать что-нибудь более подходящее позже, но оставь меня, пока я охочусь. Времени мало.

Я повернулся обратно к краю пещеры, чтобы найти тропинку вниз, но ее голос остановил меня на полпути.

— Кто эта женщина снаружи? Она часть жертвоприношения? Если это так, это все меняет.

Меньше чем за одно мгновение я обхватил Элидору за шею, испытывая непреодолимое желание свернуть ее.

— Прикоснись к ней, и я прикончу тебя.

Лицо божества исказилось от шока, затем от ревности.

Я сразу понял, что выдал себя. Но пути назад уже не было.

— Уходи, Элидора. Не разговаривай и не вмешивайся в дела той женщины снаружи. Если ты перейдешь мне дорогу, я клянусь, что превращу твои последние мгновения в этом мире в агонию, а затем отправлю тебя навечно в худший из адов.

— Отпусти меня! — выплюнула она, впиваясь ногтями в мою руку.

Я не позволил своему взгляду дрогнуть.

— Поклянись.

— Я не буду с ней разговаривать и прикасаться к ней.

Я отпустил ее и повернулся обратно к пещере. Я должен был почувствовать раскаяние и отвращение за то, что так с ней обошелся, но я этого не чувствовал.

— Ты чудовище, Кейден!

— В большем количестве способов, чем ты думаешь.

— Я оставлю тебя и твою шлюху, но не раньше, чем причиню тебе такую же боль, какую ты причинил мне.