Книга Порабощенная душа, страница 250 – Кери Лейк

— Она пойдёт. Конец истории.

— Отлично. Но твоя задница далжна присматривать за ней. — Он указал на Ферно. — И ты объяснишь всё Гевину, если с ней что-нибудь случится.

***

Глаза Гевина сузились, увидев высокого мужчину, стоящего среди обломков, усеявших первый этаж здания «Глобус», в то время как мужчина смотрел в ответ своим покрытым шрамами лицом и скривлённой губой.

— Ты. В Обсидиусе. Это был ты. Ты сражался с лубриксиа, который пытался напасть на меня.

Взгляд Виссаула метнулся к Терриуну, но мужчина даже не удосужился обернуться.

— Это был он. — Виссаул обошёл гораздо более крупного мужчину, который стоял в такой же мускулистой позе, как послушный солдат. — Если бы суккуб не вытащил тебя, его лицо было бы последним, что ты видел перед ударом смерти.

— Сын Гнева? — Голос Гевина звучал недоверчиво.

— Да. У твоего брата самая тёмная душа из всех. И пока вы наслаждались роскошью, он пережил самую ужасную боль. Ты сможешь представить себе только занозу на его плече.

— Если бы я знал, я бы приложил все усилия, чтобы избавить его от таких страданий. — Гевин не сводил взгляда с Терриуна. — Пригласил его побыть вместе с другими своими братьями.

— И он бы посчитал это прекрасной возможностью выполнить миссию, данную ему давным-давно. Чтобы убить тебя.

— Почему?

— К сожалению, у меня нет времени вводить тебя в курс дела. У него тоже. После того, как он прикончит Эгузу, ему было поручено допросить тебя любыми средствами.

— Зачем меня допрашивать?

— Ты присутствовал в ту ночь, когда загорелся дом Уэйда Джексона. Я хочу получить дневник. Ты скажешь мне, где его найти.

Гевин покачал головой. Как и предупреждал Маррик, гонка за журнал с лекарством от санга началась.

— Ты теряешь время.

— К счастью для меня, Терриун очень опытен, особенно в пытках демонов Гнева. — Он похлопал мужчину по спине. — Большую часть своей жизни он провёл в плену у умбраки, прежде чем они сделали его одним из них. Самый жестокий наёмник в преступном мире.

Господи Иисусе. На протяжении веков демоны боялись наёмников умбраки. Известные как воины-призраки, они, как все полагали, умели побеждать самые жестокие армии в одиночку, с помощью блестяще проведённых атак. Со временем они стали известны как миф — пугающие страшилки для историй у костра. Их никогда не видели и не слышали, их существование всегда было под вопросом. Либо они никогда не несли потерь, либо забирали своих мертвецов с полей сражений, потому что от них не оставалось ни единого следа, кроме крови и единственного выжившего, которого они всегда предпочитали оставлять в живых. Часто замученные на грани бреда и смерти, они говорили о тёмных и беспощадных воинах, и, таким образом, их наследие рождалось из страха.

— И ты знаешь, что говорят о повстанцах умбраки, — продолжил Виссаул. — Если демон утверждает, что не боится встретить абсолютную смерть в стигии, то он либо лжёт сквозь зубы, либо он умбраки.

Терриун шагнул вперёд, и Гевин выпрямился, сжав кулаки и приготовившись к бою. А затем резко сжал и вытянул губы, Терриун послал серебряную вспышку, прорезавшую пространство между ними.

Ледяное жало ударило в горло Гевина, и он сжал его, вынимая осколок металла, застрявший в его плоти. Ад? На кончике пылал кусочек демортиса. Недостаточно, чтобы убить его, но это чертовски больно, как сама смерть. Демон выплюнул его изо рта. Как?