Книга Сиротка для дракона. Боевой факультет, страница 167 – Наталья Шнейдер

— У самого-то давно синяки сошли? — возмутилась я.

— Нет. Только поэтому я пока с тобой нянчусь. Пожалуйста, посиди тут, я найду кого-нибудь из наших, чье отсутствие никого не оскорбит и кто сможет проводить тебя в общежитие. И, умоляю, не подходи к лестнице — свернешь, к тварям, шею.

Мне нужно было, непременно нужно было ему сказать, что я не пила ничего, кроме того бокала и…

— Лимонад был горький.

— Я понял, — неожиданно терпеливо сказал он. — Посиди. Обещаешь, что одна с места не сдвинешься?

— Зануда. Обещаю.

Я прислонилась затылком к стене, закрыла глаза. Голова кружилась все сильнее, в ушах звенело, банкетка подо мной то подлетала вверх, то проваливалась вниз, или я сама то подлетала, то проваливалась. Хотелось спать и одновременно — вскочить и бежать танцевать. Я даже попыталась встать, потом вспомнила об обещании, данном Феликсу. Но ведь другим парням я обещала раньше, первое слово дороже второго!

Но ведь и Феликсу…

Я крутила эту дилемму так и этак, поражаясь собственному тугодумию, когда меня тронули за плечо.

— Нори.

— Ой, а почему вас четверо? — удивилась я, открыв глаза. Захихикала — почему-то расчетверившиеся парни показались очень смешными.

Близнецы переглянулись.

— Пойдем, горе ты луковое. — Зак или Зен, различить их я сейчас не могла, потянул меня с банкетки, подставил плечо.

— Один бокал, честное слово!

Парень развернулся вместе со мной, и перед глазами замельтешили кудряшки. Оливия или Дейзи — в полутьме не разобрать, русые или черные, а лицо плыло белым пятном.

Нет, Дейзи здесь нечего делать.

— Оливия, ну хоть ты-то мне веришь! Один бокал!

— Пойдем домой, Нори, — вздохнула она. — Сейчас уже все равно.

— Нет, не все равно, я не пьянчужка!

— Ты не пьянчужка, — послушно согласилась она.

— Вот! — Я воздела палец в потолок. — А мне никто не верит! Хоть ты мне поверила! — На глаза навернулись слезы, я шмыгнула носом.

— Эй, дома будешь сопли разводить, — сказал Зак. Или Зен? Они и так на одно лицо были, а сейчас и вовсе не разобрать, кто есть кто.

— Зак, а ты грубиян, — протянула я.

— Мы идем домой. Ничего не забыла? — ответил парень. Раз не стал меня поправлять, значит, я не ошиблась, обозвав его Заком. Вот только которого из двух? Я опять запуталась.

— Да разве она сейчас вспомнит что-то? — сказал второй. Или тот же?

— А вот и вспомню! Сумочка моя… то есть Оливии, на столе, надо ее забрать.

— Какая из них?

— Вот эта, — Оливия подала парням ридикюль. Подняла мой бокал, растерла каплю со дна между пальцами. — Ничего, кроме спирта. — задумчиво проговорила она.

— Это лимонад! — возмутилась я.

— Ага, лимонад. — Зен — или Зак — навесил мне на локоть сумочку, и вдвоем с братом они поволокли меня к лестнице.

— Странно, юбка твоя совсем под ногами не путается.

— А у меня нет юбки! — радостно засмеялась я.

Парни переглянулись.

— Иллюзия, — сказал голос Оливии откуда-то из-за спины. — Неважно. Пойдемте.

— А твои танцы? — Я попыталась развернуться и едва не завалилась.

— Завтра извинюсь.

Допустить, чтобы Оливии пришлось извиняться из-за меня, было никак нельзя, и я попыталась сесть прямо на пол, повторяя, что никуда не пойду, пока она не протанцует все, что обещала.

— Лианор, посмотри на меня. — Голос соседки зазвенел сталью. — Или ты сейчас же замолчишь и будешь делать то, что тебе говорят, или я наведу на тебя паралич, и парни просто уволокут тебя.