Книга Моя обитель, страница 161 – Эмили Ли

Эвелин широко распахнула глаза от ужаса и тихо спросила:

– Он убил её?

– Нет. Скорее всего, не смог. Слишком любил. Фелиса и сейчас жива, счастлива, воспитывает несколько детей. К слову, я видел эту женщину, она и правда чем-то похожа на убитых девушек. К её чести, когда к ней пришли с вопросами про Патрика, не стала врать или скрывать, рассказала, как было. Свою версию, по крайней мере. Уверен, что если бы спрашивали у Патрика, то его вариант произошедшего был бы иным. А истина, как известно, где-то посередине. Их любовь и расставание уместились в несколько лет. Когда встретились, ей было двадцать, а вышла замуж она в двадцать два. Отсюда и возраст жертв. Двадцать, двадцать один и двадцать два. Вот такую привязку потом сделало раненное предательством сердце Патрика. И, будучи романтиком в душе, он добавил символизм. Чистота – страсть – разочарование.

– Чудовищно… Аж мурашки по телу.

– Да. И всё же в чем-то мне его жаль. Страшно любить, а потом потерять без возможности всё исправить. Очевидно, что-то сломалось внутри, навсегда унося человечность.

– Давай больше не будем об этом, – попросила Эвелин, ежась. – Слишком жутко. Хорошо, что всё закончилось. Для всех… – ей вдруг стало грустно. – Но не для меня. Хадвин вернется, и вместо монет за поимку убийцы, я получу штраф и тюремное заключение.

– Не получишь. Преступник пытался сбежать, ты его… неудачно остановила. Есть свидетели.

Она повернула к нему голову и всмотрелась в глаза. Он был серьезен, слова лжи так легко слетели с губ, не оставляя и тени сомнения в правдивости сказанного, как будто… всё так и было.

– Хадвин примет это? А свидетели?

Джеймс коснулся её подбородка ласковым жестом.

– А это уже не твои проблемы.

Эвелин благодарно улыбнулась, выдох облегчения вырвался из груди. Тот факт, что перед ней Ворон, слово которого выше любого в этом городе, снова поразил её. Удивительно.

– Организовать слежку за той часовней ты приказал людям комиссара? – догадалась вдруг она.

Он кивнул и добавил, хмурясь:

– Не предусмотрел, что часовни две.

– Я тоже…

Она шла и любовалась его красивым лицом. Правда, которую Джеймс не рассказывал по долгу службы, оказалась не так ужасна, как Эвелин могла себе нафантазировать. Неприятности с комиссаром будут улажены. Всё закончилось. О другом думать боялась.

– Джей, – тихо позвала Эвелин. Чувства к нему не умещались внутри. Когда их глаза встретились, она вдруг смущенно улыбнулась. – Я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя…

В его голосе прозвучала грусть, отозвавшись в её теле волнением. Подумать об этом не успела, он наклонился и поцеловал её… нежно. Это было так странно и непохоже на всё, что они испытывали по отношению друг к другу раньше, что волнение сменилось неясной тревогой.

Джеймс первым прервал поцелуй, увлек за собой дальше. Он молчал, пребывая в задумчивости, заставляя нервничать Эвелин ещё сильнее. Чтобы хоть как-то прогнать подступающие беспокойные мысли, решила спросить:

– Как думаешь, почему он не сразу меня убил, а связал? Это глупо… как по мне.

– Кто знает. Уже не спросить. И ты больше не хотела об этом говорить, – напомнил он ей.

– А правда, что у Воронов есть и маги на службе? – Эвелин тут же перевела тему на более приятную.

– Конечно. По сути, это орден не только Ю-хи Шайна, но и Магистра, они вместе туда людей отбирают. Поэтому там есть и простые люди, как я, и с даром.