Книга Моя обитель, страница 65 – Эмили Ли

– А отец Джеймс? – его имя вызвало у неё волнение, больше похожее на трепет, который женщина всячески постаралась подавить.

– Брата Джеймса прислал Глава церкви. Что само по себе является благодатью и большой честью. И раз в него верит сам Глава, то и мы не должны подвергать сомнению его добродетель. Кроме того, этот замечательный молодой человек станет прекрасной заменой брату Арнону.

Эвелин ахнула и удивленно на него посмотрела.

– Отец Арнон… болен?

– Нет, хвала Создателю, он просто давно просил отпустить его. Мечтает переехать в Наваду, тихое и уютное место, откуда он родом, там же хочет открыть церковь.

– Ясно, – она поджала губы и задумчиво их пожевала.

Почему-то представилась обитель, где остались только пастор Демьян и отец Джеймс. Со временем поток кокетливо-хихикающих прихожанок уменьшится, а затем и вовсе перестанет существовать. Служитель Создателя женится, разом убивая чужие девичьи грезы. Его жена станет не только спутницей, но поддержкой, помощницей в обители. Церковь снова вернет себе уют и спокойствие мирного места, куда будут приходить лишь истинно-верующие и те, чей возраст не оставляет выбора, заставляя задуматься о том, что будет после.

Джеймс и Кассия. Было так легко представить. И так больно принять.

– Кассия замечательная, милая девушка! Она станет хорошей спутницей брату Джеймсу, – произнес пастор Демьян, словно прочитав её мысли, – и тебе спокойнее, сестра под защитой Создателя будет.

Может когда-нибудь ей и станет спокойнее, но пока внутри душу разрывали демоны. Хотелось заставить его замолчать.

– Через внутренний дворик пройди к дальним беседкам, – сказал пастор и указал рукой, – наверняка они там. Сейчас время трапезы. Они обычно едят вместе. До встречи, Эвелин. Буду рад тебя видеть на службе.

Воительница ограничилась кивком, зубы скрипнули от охватившей злости. Эвелин только для вида прошла немного вперед, застать Кассию в компании отца Джеймса не хотела. Да и сестра точно не обрадуется её появлению. Поэтому просто прогуляется немного по территории, а когда пастор скроется из виду, уйдет.

Внутренний двор обители обнимал тишиной и дарил умиротворение, пытался… Со стороны если и доносились голоса, то они больше походили на шелест упавшей листвы. Первая волна гнева, смешанная с горечью от слов пастора, немного утихла.

Эвелин присела у небольшого фонтана, расположенного по центру вымощенной площадки, и опустила пальцы в воду. Простое движение руки нарушило покой поверхности, запустило беспокойные кольца, вызывая рябь. Так и имя Джеймса действовало на её душу, волнуя, вызывая смятение.

Послышался смех Кассии, Эвелин подскочила, собираясь быстро скрыться, но не успела. Сестра с отцом Джеймсом вышла из-за поворота на открытую площадку к фонтану.

Взгляд коснулся его высокой фигуры, и Эвелин поняла: всё, что она себе говорила, всё, что гнала прочь из своей души, вернулось, принося с собой обратно их мгновения, проведенные вместе. Словно и не было дней разлуки. Словно не существовали никогда решения не видеть его, отдалиться.

Рука Кассии коснулась его руки, как будто невзначай. Сестра не видела её, да и не могла: всё внимание занимал только идущий рядом служитель. Эвелин охватила жгучая ненависть. Как смеет Кассия касаться его руки? Схватить бы её и оттащить от него, заставить её прекратить улыбаться и кокетливо смеяться! Запретить приходить в церковь, запретить смотреть на него… Эвелин вдруг стало холодно и страшно. Она поняла всю чудовищность своих порывов. Так не должно быть. Это… это… Бежать. Спасаться. Она не видела для себя иного выхода. Но не успела…