Книга Моя обитель, страница 78 – Эмили Ли

В ратушу она уже не успевала, стемнело, придется отложить до завтра, а вот к Мику заглянуть – самое время. Парня застала на пороге своего дома, он, не скрываясь от родителей, сидел и курил. При виде воительницы он вскочил и побежал навстречу, с ходу заключая её в объятия. Эвелин от неожиданности чуть не упала.

– Эй малой, полегче, – отпихнула его женщина, всё ещё пребывая в шоке от такого душевного порыва. – Перепил что ли?

– Спасибо! Спасибо! – воскликнул он, смахивая слезы радости. – Моя Дайра никуда не уедет! Её родители вернули магазин! А этот мерзавец сдох! И всё благодаря вам!

Эвелин резко зажала его рот рукой.

– Можно не орать на всю улицу? – зло процедила она сквозь зубы. Дальше пошла череда ругательств, в переводе на нормальный язык, означающая: «Есть ли в этом городе хоть один человек, который не знает о том, что это была она?»

Мик глазами указал ей за угол дома, Эвелин отпустила его. Едва они скрылись с улицы во внутреннем дворе, парень зашептал:

– В тот вечер я должен был встретиться с ребятами у того дома. Дом жутковатый, да и темно уже было, поэтому я ждал их на краю квартала, в стороне, один туда идти не собирался. Уже спустя пару минут к тому дому пришел какой-то мужик и принялся всё там убирать. Я смотрел на него и диву давался. Он поднимал мусор с земли и относил за угол, быстро, но очень кропотливо. Если что-то застряло в земле, то прямо выковыривал. Я понял, что он надолго, поэтому когда завидел ребят, то развернул их, и мы ушли в другое место.

– Как он выглядел?

– Большой такой, крепкий на вид.

– Как одет был? Лицо?

– В черном всем. Штаны и штаны. Обычные. Рубаха, хотя нет… вроде туника. Ну, короче, что-то удлиненное. На голове шапка.

– Сможешь описать художнику его лицо?

Он покачал головой.

– Расстояние большое, да и полумрак, не видно было.

Эвелин разочарованно цыкнула.

– Хорошо, а в целом силуэт сможешь узнать, если понадобится опознать?

– Конечно, – довольно произнес парень, радуясь, что хоть чем-то может пригодиться.

Она уже собралась уходить, как вспомнила:

– К тебе кто-то приходил уже спрашивать про это?

– Да, мужик какой-то выхоленный.

– Как выглядел?

– Не знаю, лицо прятал под капюшоном, а тело плащ скрывал.

– Откуда тогда знаешь, что выхоленный?

– Обувь. Идеально начищенная. Дорогущая. В такой в наших районах не ходят.

Эвелин была заинтригована неожиданным поворотом, не знала, что и думать.

– Часть лица всё ж под капюшоном видна, так не бывает, что прямо ничего. Вспоминай.

– Он стоял очень грамотно, спиной к свету, затемняя ещё больше лицо, но… – он хитро улыбнулся, – когда он уходил, я всё ж заметил. У него полноватые губы, небольшая, едва заметная щетина. Показалось, что молод.

– Да уж, немного, – разочарованно сказала воительница. – Ладно, спасибо и на этом. Больше никому не трепись. Неважно кто и как представится, хоть сам правитель. Понял меня? Ты ничего не видел.

Он кивнул, она на прощание дала ему пару монет и направилась домой. Перед тем как пойти к себе, Эвелин собиралась что-нибудь поесть. Взгляд упал на столик, который она обычно занимала, за ним уже кто-то сидел. Можно, конечно, выгнать оттуда незадачливого посетителя, но настроение у неё было небоевое, поэтому решила заказать еду и подняться вместе с ней к себе. Лесли сорвалась с места и побежала к человеку, что посмел сесть на её место. Эвелин присмотрелась. Улыбка посетила лицо, воительница покачала головой, подошла ближе.