Книга Звезда в академии драконов, страница 131 – Ника Ёрш

– Что там? – спросил Ник, обнимая меня сзади. – У тебя шокированный вид.

Я молча показала на строку с фамилией Макса. Ник присвистнул.

– Значит, этот парень еще не совсем потерян. Что ж, в Салигарде нужны способные специалисты. Но если он снова потянется к твоим волосам, я устрою маленький несчастный случай. Или большой. Пусть ищет себе другую лохматую некромантку.

– Эй! – возмутилась я, ткнув Блайка локтем. – Ты вообще сполз на тринадцатое место и снова в парочке с Воттер! Не стыдно?

– Кстати, интересная новость, – моментально перевел тему Ник. – Помнишь Геррос? Сейчас у таблицы статистики боевиков только о ней и говорят. Она сумела обойти почти всех и стала третьей в рейтинге выпускной группы. Неужели и правда настолько хороша?

– И даже лучше, – кивнула я и вспомнила: – Это ведь Геррос добыла для Зигмуса его драгоценную пипу. И она же заарканила декана Бенедикта.

– Хорошо, что успела до Симы, – улыбнулся Ник, подхватывая наши чемоданы. – Пойдем? Время поджимает.

– Да, – кивнула я, бросая последний взгляд на академию, ставшую за пять лет учебы по-настоящему родной. – Пора…

* * *

В храме было шумно. Вернее, не во всем храме, а в отдельной его комнатке.

– Макияжа уже достаточно! – грозно заявила мама, встав передо мной.

– Это решать не нам, а мастеру Лириаль! – ответила госпожа Блайк. – Что скажете?

– Я сделаю, как посчитаете нужным, – отозвалась мастер.

– Нужно открыть окно. Здесь душно, – кажется, в десятый раз повторила тетушка Ника – госпожа Ларкирия. – Сейчас умру.

– Вы только обещаете, – отмахнулась моя тетя Фименюра.

– Да как вам не стыдно?! – поразилась Ларкирия.

– Никак не стыдно. Ни в анфас, ни в профиль, – улыбнулась Фименюра, отпивая из бокала немного янтарной жидкости и подзывая к себе мастера по макияжу: – Эй, милая, как тебя там? Все равно они будут спорить еще год, принеси пока сырную тарелку из комнаты жениха.

– Она вам не прислуга! – возмутилась госпожа Блайк.

– Идите сами, – кивнула Ларкирия, – и не возвращайтесь. А я пока открою окно.

– Устроите сквозняк, и моя Тайлер умрет от воспаления легких, – заявила мама, перемещаясь левее, чтобы загородить окно, и открывая вид на меня.

Я сидела в углу. На табурете. И злилась.

– Милая, – вспомнив обо мне, тут же засуетилась почти свекровь, – давай сделаем румяна поярче? В кого же ты такая бледная?

– Бледность – признак аристократии, – флегматично заметила Фименюра. – А вот в кого вы такая смуглая?

И тут я не выдержала.

Вскочив, закричала сама:

– Хватит!

В комнате мгновенно повисла тишина, и все взгляды обратились в мою сторону.

– Прошу всех выйти, – дрожащим от злости голосом попросила я. – Немедленно. Оставьте меня одну до церемонии.

– Но… – начала было мама.

– Пойдемте, дорогая, – перебила ее госпожа Блайк, подхватывая под локоток и покидая комнату со словами: – Все поищем сырную тарелку и бокалы.

– Держись, – шепнула Фименюра, выходя последней и закрывая за собой дверь.

Я устало побрела к окну, распахнула его, впуская свежий воздух, и осела обратно на стул. Прикрыла глаза, пытаясь вернуть самообладание. Три последних часа меня мучили, наряжая, делая прическу, раскрашивая лицо и давая советы о том, как жить дальше. Я терпела сколько могла.

И теперь, когда дверь снова скрипнула, готова была бросить во входящую проклятьем, честное слово. Благо сдержалась. Потому что в комнату вошел Ник.