Книга Жена Короля и любовница ветра, страница 122 – Аманда Франкон

За три года я и забыла, насколько молодые драконы дружелюбны и простодушны. Впрочем, с чего бы им быть другими, с таким то простым укладом жизни?

Я широко улыбнулась, кивнула и направилась на поиски Лаогэра. Они заняли чуть больше времени, чем я предполагала. Еще раз попытавшись «ощупать» пространство с помощью силы, я снова почувствовала тошноту и легкое головокружение. А ведь Сайна рассказывала, что драконицы чувствуют пространство вокруг себя всегда, у них это врожденная способность. У самцов она тоже есть, но притупленная. Тогда понятно, почему женщины предпочитают одиночество — в такой какофонии криков, скрипов, шорохов, да еще и запахов можно запросто сойти с ума.

Уже в библиотеке я в третий раз рискнула воспользоваться магией, но лишь слегка очертив для себя контуры пространства. И теперь без труда обнаружила дракона. Он что-то писал, низко склонившись над одним из столов. Подрагивало пламя жаровни, скрипело в сильной руке перо. Казалось, от нажима дракона оно вот-вот сломается, но Лаогэр все продолжал выводить им драконьи слова.

Прервался и поднял голову, едва заслышав звук моих шагов, и спокойно смотрел, как я приближаюсь.

* * *

— Все-таки выжила, — констатировал он, разглядывая царапины на моей шее, которые Старр случайно оставил, когда ловил меня в темной низине.

— А ты надеялся, что подохну, — язвительно ответила я и без приглашения плюхнулась в кресло рядом с ним. — Признавайся, зачем тебе понадобилось убивать меня таким изящным способом?

Дракон фыркнул, скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.

— Я не обязан перед тобой отчитываться, — он сохранял показательно-спокойный вид.

Видя самоуверенность Лаогэра, ощутила, как в груди закипает ярость. Он рассчитывал, что я сгину где-то по пути назад или спустя пару дней после возвращения, как и остальные, а теперь отказывается объяснять собственные мотивы. И это при том, что ничего плохого я ни ему, ни другим драконам не сделала!

От злости я инстинктивно сжала кулак и, не задумываясь, вывела весь воздух из легких твари. Еще несколько мгновений Лаогэр сидел спокойно, мы боролись злобными взглядами, но стоило ему попытаться вдохнуть, как из горла вырвался слабый хрип. Дракон подался вперед, но я, сжимая зубы от злости, не позволила ему поймать глоток свежего воздуха.

Спустя еще несколько секунд дракон задергался, потом покраснел и захрипел, с трудом открывая рот.

— Прекрати, — его сип уже не казался мне столь грозным, как в начале нашей встречи.

Я милостиво разжала кулак, Лаогэр судорожно втянул воздух ртом и носом.

— Расскажи, зачем тебе это понадобилось, — все так же спокойно попросила я, глядя, как дракон непроизвольно положил руку на грудь, будто проверяя пульс.

— Ты не посмеешь пытать или убить меня! — взревел он, как только почувствовал, что удушье отступило.

— Уже посмела, — с этими словами я снова сжала кулак.

На этот раз Лаогэр, готовый к такому повороту событий, сидел без движения. Краснел, подергивались его руки, но он не издавал ни звука. Когда я заметила, что глаза его начали закатываться, то позволила вдохнуть, но тут же снова усилила хватку. От его молчания злость только распалялась, и я поняла, что готова просидеть так хоть целый год, но дракон сдался первым.

— Хорошо, скажу.

Я тут же расслабилась и, закинув ногу на ногу, приготовилась слушать. Впрочем, рассказ меня не впечатлил.