Книга Жена Короля и любовница ветра, страница 92 – Аманда Франкон

Поцелуи, нежный шепот и смелые обещания, и — топор палача, сверкающий в лучах закатного солнца. Тело охватил холод, но грудь сдавливала духота, и я боялась сдвинуться с места, не зная, чего мне хочется больше — плотнее укрыться или выбраться на воздух. В итоге так и лежала, парализованная внезапной болью и осознанием того, что именно сейчас с оглушительным звоном в ушах рушатся мои представления о счастье. Осознание беспощадно накрывало именно здесь, когда я осталась наедине со своими мыслями и понимала, что спасения искать негде.

* * *

Не знаю, сколько я пролежала, мучаясь одновременно от холода и жара, но, когда чувства схлынули, оставив после себя серую пустоту, ощутила, что шерсть под щекой намокла. Утерла слезы, перевернулась на другой бок и наконец угодила в ловушку вязкого, но прерывистого сна.

Проснулась разбитой. Утро встретило зябкой прохладой. Первым делом пошарила в сумке, которую вчера принес Старр. Помимо еды там обнаружился сверток из кожи, в котором лежал новенький чистый блокнот в плотной обложке, несколько грифелей и свернутая вдвое записка.

Покрутив незамысловатый подарок в руке, я улыбнулась: мы со Старром не слишком хорошо друг друга знали, однако он заметил мою привычку делать записи. Короткое послание, судя по подписи, отправил мне вождь. В нем не слишком подробно описывался путь к тому месту, где, возможно, сохранился необходимый мне словарь. Однако, хотя дожидаться мне нечего и можно хоть сейчас отправляться в путь, я почему-то сложила записку вчетверо и спрятала под плотную обложку блокнота. Идти не хотелось — необъяснимое чувство тревоги и ощущение опасности охватывало меня при мысли о том, что придется бродить по давно покинутым обиталищам древних могущественных магов. Бродить в одиночку.

Снаружи холодок пробирался под одежду, оседал мурашками на коже и постепенно приводил меня в чувства. Я присела на камень и всмотрелась в едва заметные сквозь туман очертания рассветного солнца. И вдруг поняла, что смотрю на первый рассвет совершенно иной жизни, но до конца проникнуться торжественностью момента не смогла — банально замёрзла.

Чтобы привыкнуть к низкой температуре, подошла к ручью, водопадом бьющему недалеко от пещеры, и умыла лицо. Его тут же начал колоть легкий горный ветер, и я невольно дернула плечами. Еще раз осмотрелась. Снова идти в город, где на меня устремятся подозрительные взгляды, хотелось еще меньше, поэтому, немного подумав, я все же снова достала лист с указаниями. И, наскоро собрав немного еды в заплечный мешок, двинулась от ручья на север — как и указывал Король.

Если верить его записям, на путь туда и обратно уйдет не больше суток. Правда, неизвестно, сколько времени мне понадобится, чтобы найти словарь. Если он вообще сохранился.

Тропа петляла по низинам, испещренные трещинами бока скал укрывали меня от сильного ветра, но я чувствовала его нарастающий гул с каждым новым шагом. Он будто ощущал мое присутствие, и чем дальше я углублялась в расщелины между скалами, тем острее чувствовала вибрацию, которая казалась какой-то… возбужденной.

Мое одиночество нарушали только птицы, ящерицы и мыши, притаившиеся в жесткой траве. Но тишина не успокаивала. Я мысленно то и дело сравнивала тропы, по которым иду сейчас, с теми, которыми бегала в юности, и нынешний маршрут казался безжизненным.