Книга Ведьмы замуж не выходят, страница 140 – Ольга Токарева

Черные длинные ресницы Имрана захлопали в удивлении.

– Не удивляйся, вот подрастешь и все узнаешь, а сейчас, давай припасы на стол доставай, будем еду готовить.

Вскоре дрова в печи охваченные огнем, весело затрещали, сначала по избе поплыл легкий запах теплого дыма, а через некоторое время наваристого бульона из куска мяса. Накормив домочадцев, Аронд уложил сына на лежак печи, помог Вириди покормить и уложить дочерей спасть, забрав пеленки, вышел из избы, бросив на ходу.

– Ты поспи, я пеленки выстираю, за ночь высохнут…завтра с утра покинем это место.

Ведьмак вышел, осторожно прикрыв дверь, оставив ведьмочку одну, с ее метаниями.

Вириди словно с ног до головы окатили ледяной водой, она вскочила с кровати, заметалась по комнате, не замечая бегущих по щекам слез. Закрыв ладошкой свой рот, заглушала рвущиеся всхлипы и отчаянный крик.

В таком состоянии ее и застал ведьмак, рванул к ней, на ходу машинально поставил таз с пеленками на табурет, обхватив руками трясущиеся от рыданий плечи ведьмочки, с тревогой всматривался в ее кричащие болью глаза.

– Вириди, – подхватив прядь черных волос, убрал за ее спину. – Что случилось?

Его тихий вкрадчивый басистый голос с нотками заботы, подействовали на нее еще хуже, уткнувшись в его твердую грудь, она разрыдалась.

Аронд сжал ее до хруста в костях, не в силах переносить ее слезы, отстранил от себя, обхватил ее голову руками, с обжигающей болью в глазах смотрел на бегущие по щекам слезы.

– Красавица моя, только не молчи…ответь, почему плачешь?

Щеки Вириди обожгли горячие губы Аронда, они медленно собирали соленую боль, омывающие ее щеки. Его жаркие губы, едва касаясь ее губ, прошлись несколько раз по ним, просясь, толкнулись, осторожно с нежностью обхватили чуть приоткрытый бутон губ, стали пить с наслаждением долгожданные стоны.

Вириди отдаваясь его губам, тонула в океане нежности, растворялась от ласк языка и чувствительных губ.

Аронд с трудом отстранился, обхватив Вириди руками, прижал к своей груди, высоко поднимающейся от его возбужденного дыхания.

– Аронд…

Вириди замолчала, ей нужно было время, чтобы принять почти уже забытого ею мужчину. Но пока она не знала, как это сделать, как принять его вновь? Конар занял место в ее сердце, своей лаской и заботой, ночами полными любви и нежности, постепенно вычеркивая из памяти образ Аронда. Душа Вириди выла в тоске по мозолистым рукам черноволосого ведьмака, по его взгляду черных глаз, смотрящих на нее с неудержимым желанием. Скучала, по его широким, настойчивым губам бросающих ее в бездну возбуждающей страсти, заставляющих забыться в жарком огне пляшущего пламени их любви.

Ведьмочка подняла голову, блуждала взглядом по лицу ее первого мужчины. Пелена слез вновь заволокла глаза, соскользнув с ресниц, потекла по виску. Дрожащими пальцами, Вириди прикоснулась к руне, нанесенной на левой щеке ведьмака. – Аронд, – в носу сразу защипало, слезы реками потекли по щекам ведьмочки. – Почему ты не сказал…тугой комок, подкатил к ее горлу, не дав больше вымолвить слова.

Ведьмак вновь сжал со всей силы Вириди, словно вымаливая у нее прощение. С нежностью обхватил ее губы своими губами, разомкнув с неохотой поцелуй, подхватил ее на руки, отнес на кровать, осторожно положил, прилег рядом с ней и обнял.