Книга Ведьмы замуж не выходят, страница 18 – Ольга Токарева

После третьего раза пыток, удостоверившись, что Дарин мирно уснул, Анджи попыталась сползти с кровати и удрать из объятий озверевшего мужа. Встав на четвереньки, она поползла к спасительному краю кровати.

Почувствовав возню, Дарин приоткрыл один глаз, при виде белых упругих ягодиц, оба его глаза сверкнули плотоядно, ноздри широко раздулись от возбужденного желания. Бросившись вперед, он схватил супругу за пятки и притянул к себе. Его руки блуждали по ее телу властно, исследовали такие места, о которых даже не говорят не то, что трогают.

Но Анджи решила мужественно терпеть все эту непристойность, правда то, что случилось дальше, даже бесстыдством назвать нельзя. Его губы сначала блуждали по ее ягодицам, рьяно исследуя, а затем муж ближе подтянул к себе, и все началось опять. За все время их супружеской жизни, пусть она и была очень маленькой, муж впервые занимался с ней этим в такой позе. Поза была постыдная и напоминала ей спаривание животных. Попытка выбраться из-под мужа опять потерпела фиаско, ибо его руки требовательно обхватили ее груди и сжимали их с какой-то необузданной страстью.

Сказать, что ночь была странной, значит, ничего не сказать. Сколько раз Дарин за ночь наслаждался близостью с ней, она не помнила, ибо, не успев закрыть глаза, он уже прижимал ее к себе и требовательно ласкал груди, впивался ненасытно в губы. К концу всей этой вакханалии с ней произошло что-то невообразимое, ибо она сама кричала от внутренней сладости возбуждения и вцепившись пальцами в его плечи, прижималась к нему всем телом. «Какой срам! И что подумают обо мне в замке? Так бесстыдно кричать».

Но к ее счастью, муж успокоился именно после этого. Откинувшись на подушку, он раскинул руки в сторону и уснул, с довольным и счастливым выражением на лице, в отличие от самой Анджи. Ей казалось, что на ней нет живого места, все тело болело, а между ног пылал огонь. Но встать и дойти до ванны, сил у нее не было.

Когда утренний рассвет осветил лучами начало нового дня, единственное на что у нее хватило сил, это все-таки уползти на край кровати и забыться в тревожном сне.

Она не слышала, когда Дарин проснулся, привстав, ухмыльнулся, глядя на расслабленную во сне жену.

«Оказывается, дружок, ты плохо старался, чтобы доставить удовольствие жене. Всего-то надо было – как следует разогреть». Вспомнив, как он ее разогревал, поразился сам себе. Такого с ним точно никогда не происходило. Но как говорят, все когда-то случается впервые. Подобрав с пола брошенную вчера одежду, он скривился. Вещи были до безобразия помятыми. Надевать неопрятного вида костюм и рубашку, ему не хотелось. Вспомнив, что в ванне на всякий случай всегда висит его халат, он с довольным видом прошел и облачился в него.

Выйдя из покоев жены, он окинул стоявшую потупившую взор в пол горничную, дожидавшуюся пробуждения госпожи.

– Леди еще не скоро проснется, забери мои вещи и приведи их в порядок.

Отдав распоряжение, Дарин направился в свои покои, спать, особо не хотелось. На душе было чувство полного удовлетворения, образ лесной ведьмы, как ни странно, тоже развеялся и не вызывал такого дикого желания обладания.

Зайдя в свои покои, он направился прямиком в ванну, погрузившись полностью в ней, закрыл глаза от охватившего блаженства. Вошедший слуга прервал его воспоминания бурной ночи с женой.