Книга Однажды я вернусь!, страница 37 – Татьяна Донская

Стоп! А почему нет-то? Раз Велик питается положительными эмоциями, почему она не может поглощать негативные? В поисках подтверждения собственной догадки, я подняла голову и. отыскав глазами маленького интригана, вопрошающе посмотрела на него. Велька, поникнув плечами и сгорбившись, стоял совсем рядом. Вопрос он понял без слов и утвердительно кивнул головой.

— Ах, вот оно что, — задумчиво протянула я и озадаченно уставилась на Велика.

— Почему ты поступил с ней так жестоко? Потому что она не такая, как ты?

Велька вздрогнул и отрицательно замотал головой:

— Не потому. Я думал… Я не знал… Я хотел, — начал заикаться Велигоний. Я не сводила с него сурового взгляда. Одна минута, две, три… Наконец, не выдержала и задала вопрос «в лоб»:

— По своей неопытности я призвала монстра? Скажи честно, ты чудовище? Любишь издеваться над беззащитными, да?

Чем больше я говорила, тем сильнее расширялись Велькины глаза, он с ужасом смотрел на меня и отчаянно тряс головой:

— Не-е-ет! Я не такой! Я не думал, что она… Что ей будет так плохо. Просто хотел, чтобы я был у тебя один. Хотел, чтобы меня любили…

Велька задрожал, прижал лапки к груди, и из глаз его покатились крупные слёзы. От этого зрелища в груди у меня застыл комок: ни вдохнуть, ни выдохнуть. Плакать захотелось ещё сильнее, и слёзы из моих глаз покатились ещё обильнее, хотя теперь совсем не понимала, кого мне жальче — малышку, Вельку или себя.

Думала, что хуже уже быть не может, но ошиблась, причём очень сильно. Увидев мою реакцию, Велька бухнулся на колени рядом со мной, и. захлёбываясь слезами, заикаясь, начал умолять:

— П-п-прости, п-п-прости м-м-меня, п-п-пожалуйста! Я т-т-так б-больше ник-к-когда не б-буду! Ч-честно-ч-честно!

Его слёзы смешивались с моими, обильно капая на малышку, и она вдруг встрепенулась и открыла глазки. Повела ими вокруг, пытаясь сконцентрировать взгляд, и робко, застенчиво улыбнулась, когда он остановился на нашей дружно рыдающей парочке. Потом зевнула и, немного поёрзав в моих руках, устроилась удобнее, снова закрыла глаза и засопела.

Мои слёзы высохли сразу. Я ошарашенно уставилась на неё, а потом перевела озадаченный взгляд на Вельку:

— Она что, спит?

— Да.

— С ней всё нормально? Теперь она не умрёт?

Настала очередь Вельки пялиться на меня во все глаза:

— Конечно, нет! Магические существа не умирают. Они возвращаются в тот мир, где обитают все фамильяры перед очередным воплощением, и ожидают встречи с новым хозяином. Худшее, что могло бы с ней случиться — очень долгое ожидание нового воплощения.

— Что-о-о? Так чего ты мне тут шоу устроил? «Прости», «не буду», «я не такой», — вспыхнула я и в гневе передразнила Вельку. Обвела пространство вокруг себя теперь уже осмысленным взглядом и поняла, что выгляжу совершенно по-дурацки: сижу в кустах, в запылённом, измазанном и местами порванном платье, размазываю слёзную жидкость по грязным щекам в окружении двух фамильяров, совсем недавно появившихся в моей жизни, а уже вьющих из меня не просто верёвки, а прямо — корабельные канаты.

— А ну-ка, марш домой! То есть в мой карман! Разберусь я с вами, артисты из погорелого театра! — рявкнула я на Вельку, так как на тот момент он оказался единственным доступным для воспитания фамильяром. Второй же мирно сопел в моей ладони, даже не подозревая, какие громы и молнии проносятся над его головой.