Книга Три комнаты под березой, страница 120 – Ирина Седова

«Счастливая эта Белла, — думала она. — Ее любимый с ней. И наверняка эта встреча у них не последняя. А меня никто не любит. Для всех я — «невеста Шайтана», внутри которой в качестве репеллента какая-то особая «навь».

Затем она засмеялась: про себя и над собой. Если Анч со своими крыльями оказался не глюком, то и «навь» не выдумка. Как бы половчее узнать, что это такое и как люди с ней живут?

«Может, есть какой-нидь способ ее нейтрализовать, чтобы действительно стать нормальной, такой как остальные девочки? Отец же смог жениться на маме, и все у них в порядке…»

* * *

Кристина была права, что необходимости звонить в полицию у них с Беллой не было. К тому дню, когда девушкам захотелось прогуляться пешком, капитану Фатьянову удалось сузить круг лиц, подходивших под психологический портрет возможного маньяка, до минимума. А именно: до трех человек, в число которых входил преподаватель аналитической химии в фармколледже Федор Кирьянов, 38 лет, ведший холостяцкий образ жизни, чья биография с виду казалась безупречным.

Подозрение вызывало два пункта: фанатичная увлеченность медпрепаратами и моральная строгость — Ф.М. Кирьянов не только не был никогда женат, но даже и любовницы не имел, а на заигрывания студенток реагировал своеобразно: сначала улыбался в ответ, а затем безжалостно срезал на сессии, заставляя пересдавать. Ловились на это лишь первокурсницы, но прозвище у него было «Улыбчивый» — невнятное какое-то прозвище, диссонансное.

Неприятное и злое, словно красивая наклейка на банке с ядом. Но должностные обязанности свои Ф.М. Кирьянов выполнял добросовестно, материал знал и лекции читал достаточно интересно, чтобы посещаемость у него была не ниже, чем у его коллег. Не был криминалом и тот факт, что в лаборатории на кафедре он проводит какие-то опыты — готовится в аспирантуру. Администрация колледжа об этом, кстати, знала.

В общем, в совокупности все это вместе не давало оснований проводить за человеком официальную слежку, а неофициально можно было разве что скрытую камеру установить при въезде во двор. Кое-какой материал скрытая камера дала: оказалось, что женщина у Ф.М. Кирьянова имелась — жила у него какая-та незарегистрированная особа в домработницах. Но за пределы двора она за все время с начала установки видеокамер ни разу не выходила, и даже возраст ее был непонятен.

Поэтому возможность следить за передвижениями по городу личного транспорта всех троих подозреваемых, обеспечиваемая воздушными аппаратами агентства «Под березой», была бесценной, особенно в сочетании с четвертым аппаратом, присматривавшим за Кристиной. Например, выход девушек из кафе был зафиксирован, как и их движение вдоль по улице. А потом… потом они вдруг с камер пропали.

Случилось это возле автомобильной стоянки универсама, машин там находилось много, и догадаться, что девушки уехали на одной из них, труда не составило. Плохо лишь, что проверять обстоятельства их исчезновения, как и предполагала Кристина, стали не раньше чем через полчаса, когда девушки не возникли ни в одной из возможных точек окончания их маршрута.

Еще полчаса ушло на проверку местонахождения трех подозреваемых и отмотку видеозаписей с ними назад, к моменту пропажи девушек. Вот таким образом и было выявлено, что поехать они могли только с «Улыбчивым» Кирьяновым. О чем и было сообщено старшему следователю Фатьянову под грифом: «Ты как хочешь, а мы выезжаем». Тот подключил оперативников, и обе команды встретились спустя примерно час с небольшим после стартовой точки событий.