Онлайн книга «Моя сводная Тыковка»
|
Мне до одури завидно, что они могут себе это позволить! Я проклинаю Марата раз сто, но сдаваться не собираюсь. Даже если дыхание рвёт грудь, а тело наливается свинцовой тяжестью. Даже если пот льётся ручьями, я заставляю себя передвигать ноги и считать круги. Сосредотачиваюсь только на счёте. Раз-два, раз-два. Вдох-выдох. вдох-выдох. Форма промокает от пота так, что ткань прилипает к спине, и мне даже страшно представить, как это смотрится со стороны. Благо, на меня никто не смотрит. Все любуются Маратом, а тот сосредоточенно отжимается. И краем глаза я замечаю, как рельефно очерчиваются трицепсы и бицепсы. Он не человек, а поджарый хищник! А я тюлень, который пытается от него убежать… Да хотя бы откатиться! Раз-два, раз-два. Вдох-выдох. вдох-выдох. — Лиза, сколько мы пробежали? — стонет Вера, которая нас обгоняет. — Ты не считала?! — возмущается Королёва. — Я любовалась Маратом, — оправдывается та. — Да плевать, — Елизавета останавливается и вытирает лоб. — Никто не считает. Скажем, что всё уже. Смотри, Марат пошёл на брусья! Какой же он сильный! Я же продолжаю бег, хотя дорожка стремительно редеет. Девочкам понравилась мысль Королёвой, и они тихонько, одна за другой, сходят с дистанции и толпятся в той части площадки, где тренируется Марат. — Устроил представление! — злюсь я. — Вот кто настоящий позёр! Раз-два, раз-два. Вдох-выдох. вдох-выдох. — Тань, ты в порядке? — волнуется Лола. — У тебя лицо стало красное, как помидор. Будто удар вот-вот хъватит… — Бегите вперёд, — прошу их, ведь девочки замедляются из-за меня. А ещё им очень хочется посмотреть, что происходит там, скрытое спинами сокурсников. — Со мной всё хорошо. — Правда? — недоверчиво прищуривается Даша. — Осталось всего два километра, — выдавливаю улыбку. — Я в норме. Действительно! А вы сейчас обе от любопытства скончаетесь. Бегите! Девочки переглядываются, и Лола виновато тянет: — Ну если так, то… Зови, если что. Ускоряются, чтобы закончить задание и успеть посмотреть, как Марат боксирует с грушей. Я же мечтаю рухнуть на дорожку, отползти в сторону и прикинуться трупом, но упрямо передвигаю ноги. Раз-два, раз-два. Вдох-выдох. вдох-выдох. Остаюсь на дорожке одна и кажется, что соревнуемся лишь мы с Маратом. Кто быстрее доберётся до финиша? Мне остаются последние метры, а сколько ещё нужно сделать чемпиону? Пробегаю мимо толпы, замечая, как собран Ахматгариев. Будто вокруг нет толпы, и он тренируется один. И это так привлекательно, что сердце пропускает удар, и я едва не сбиваюсь с шага. Сохранив равновесие, прикусываю нижнюю губу до боли. Не сдамся! Но тело считает иначе. У меня ноют внутренние части бёдер — кажется, натёрла до крови. Передвигаю ноги исключительно за счёт упрямства. Силы на исходе, а в груди растекается неприятное чувство от приближающегося поражения… И тут перед глазами появляется надпись «Финиш», отпечатанная грязно-белым на дорожке. Замедляюсь, едва дыша. Я сделала это? Я смогла?! Поворачиваюсь к толпе и смеюсь, видя, что Ахматгариев ещё боксирует. Я победила? Выкуси, чемпион! Неуды тебе и наказание… Конечно, потребую, чтобы Марат отказался от должности старосты. Ему ничего не останется, как подчиниться. Спор есть спор. И никакого снисхождения! — Таня! — слышу крик Лолы. Подруга яростно машет. — Это старый финиш. Еще двадцать метров! |