Онлайн книга «Ох уж эта жизнь молодая да сельская! Или жизнь после жизни.»
|
Кстати, крест у батюшки был приметный. Размером с ладонь, он был выполнен из серебра ажурной ковки. На каждом конце креста был инкрустирован драгоценный камень глубокого красного цвета. Рубины что-ли? Крупненькие, с ноготь на большом пальце руки. Цепь якорного плетения, на которой висел крест, был также серебряный. Даже на вид этот религиозный знак был тяжелым. Возможно, благодаря нему у отца Митрия была накаченная шея. За все время экскурсии по розарию, батюшка задумчиво поглядывал на меня. И, если он шел впереди, то оглядывался и искал взглядом именно меня. Да что такое?! Я вообще молчу! Не ломаю, не прошу снабжать меня букетами или цветочной расчлененкой, не тяну ручонки к цветам... Просто чинно и благовоспитанно хожу по дорожкам между кустов. А от его взглядов у меня уже начинает чесаться голова. Может нимб растет? Я, на всякий случай, помахала ладонью над головой. Ничего. А на выпученные глаза батюшки не стала заострять внимание. На выходе отец Митрий и мой отец отошли в сторону и о чем-то разговорились. Мы же с Василеной стали вспоминать названия роз, которые могли понадобиться в составы лекарств и отваров. "Крепостная", "травяная алая", "бегунок желтеющий", "птичье гнездо"... Как травница, Василена заявила, что названия очень даже со смыслом. Например, "бегунок" был неплохим мочегонным. И желтеющим он был не только от цвета бутонов, судя по всему. "Птичье гнездо" хорошо для промывания волос. Я бы такое не стала пробовать. Пока мы обсуждали цветочки, отец родной и отец святой поговорили. - Олена, - папа подошел к нам - Отец Митрий хочет поговорить с тобой. Не откажешь? - и легонько для меня кивнул, мол соглашайся. - Конечно. - я отошла в сторону к священнослужителю. - Вы хотели поговорить со мной? - Да, Олена. Как твое здоровье? Мне Владияр рассказал о твоем перенесенном заболевании. Жаль, что я отсутствовал и не мог помочь. Батюшка внимательно посмотрел мне в глаза. Ну я, тоже глядя в глаза, ему и ответила: - Спасибо за беспокойство. Все хорошо. - и даже кивнула в подтверждение. - Ты изменилась. Раньше только в землю глядела, а теперь прямо. - задумчиво проговорил он. - Надо тебя окропить! Не побоишься в храм войти? Это что же получается? Он решил, что во мне демон сидит что-ли? Офонареть! - Не побоюсь! - смело ответила я. А чего бояться-то? Я ж и там и тут крещенная. При входе в храм у меня было желание покривляться, изображая демонические судороги, но побоялась что не поймут шутки юмора. Притопят еще в купели. Доказывай потом, что не верблюд. Не демон, то есть. Мои телодвижения до чаши с освященной водой прошли под пристальным вниманием отца Митрия. Кивнув своим мыслям, он жестом показал, чтобы я сложила руки лодочкой над купелью. Я заглянула внутрь и заметила на дне крупный серебряный крест. Затем молча сложила руки и батюшка, читая молитву, тонкой струей начал лить воду из купели серебряным ковшом. От звука журчания воды мне резко захотелось по-маленькому и пить одновременно. Ну естественно! А как иначе-то? Молитва завершилась. Вода в ковше тоже. Жажда осталась. Я выхватила ковш из рук опешившего батюшки, щедро зачерпнула воды из купели и большими глотками принялась пить. Уже в процессе, я заметила охреневшее выражение лица отца Митрия - глаза с блюдца, рот открыт в немом окрике. |