Онлайн книга «Строптивый трофей. Книга 1»
|
— Вей… Прости, я не хотел тебя… В смысле, хотел, но совсем не так… — Вейтар кей Лаурун. — холодно перебил мои невнятные извинения гордо расправивший плечи парень и зло процедил чуть ли не сквозь зубы: — И я требую немедленно дать мне возможность связаться с посольством Гиуртана, иначе… … — иначе что? — заинтересованно перебил я чересчур быстро пришедшего в себя мальчишку, о чьем совершенно невыносимом характере я почему-то успел забыть. Вот же! Память-то ему стерли, но все остальное, осталось как и прежде… И как ни странно, но мне это необычайно нравилось. Дерзкий, гордый, несломленный… с яростно сверкающими глазами. МОЙ! И то, что он полностью принадлежит мне, ему нужно объяснить прямо сейчас. Чтобы больше и мысли не смел допускать о том, чтобы ставить мне хоть какие-то условия и выдвигать нелепые глупые требования. И все это будет только лишь в его интересах. — И что ты можешь сделать для того, чтобы вынудить меня согласиться на твое требование? Молчит. Потому что нечего ему ответить на этот мой очень простой вопрос. Думаю, что он и сам прекрасно понимает, что наследнику Империи ему абсолютно нечего противопоставить. И пускай он не раб, а свободный имперец (по крайней мере в его представлении), основной сути это все равно не поменяет. Он полностью и без остатка находится в моей единоличной власти, принадлежит мне, и ему все-таки придется с этим смириться. Понимает. Отводит моментально потухшие глаза в сторону, устало опускает лицо вниз, тем самым как бы признавая свое полное поражение в нашем споре и еле слышно произносит: — Я… не очень хорошо себя чувствую. Могу я пойти в свою комнату и… Договорить он не успевает, поскольку я уже вызываю по коммуникатору лекаря, с требованием немедленно явится в комнаты моего фаворита. После чего быстро подхватываю едва держащегося на ногах парня на руки и, несмотря на его вялые требования поставить обратно, тащу своего пленника в его спальню. Никаких особых последствий у нашей короткой потасовки лекарь не обнаружил. У Вея оказалась всего лишь парочка лишних синяков и небольшой нервный срыв, за который мне, тем не менее было осторожно высказано много чего неприятного. Хотя более пострадавшей стороной все-таки был я. Губу он мне рассек основательно, так что пришлось заклеивать ее ринодарсом, а это была еще та болезненная гадость. И в то время, когда прислуга отмывала полусонного, накаченного успокоительным Вейтара в ванной, я еле слышно но весьма образно перечислял себе под нос, то, что я потом сделаю с этим наглым строптивцем, из-за которого надо мной теперь издевался слегка дрожащий лекарь. — Младший Правитель. — нерешительно, еле слышно прервал поток моей полуэротической ругани, смущенный до темно-коричневого цвета щек виориец. — Под воздействием ринодарса вам некоторое время нельзя ни разговаривать, ни вообще открывать рот, иначе рана срастется неправильно, и ее придется разрезать и склеивать заново. Замечательные перспективы… Поднимаю на лекаря мрачный, вопрошающий взгляд и тут же слышу его торопливый ответ: — сейчас уже вечер, думаю, что до утра уже все окончательно затянется. Так что если вы ляжете спать прямо сейчас, то завтра проснетесь с уже абсолютно целой губой. Если хотите, то я могу вам дать снотворного, думаю, что так даже будет лучше. Вы тоже… перенервничали, так что спокойный, крепкий сон Вам не помешает. |