Онлайн книга «Подарок судьбы или сковородка с подарком»
|
– Ну как жа, он же ЛЕШИЙ, нечисть лесная, а я – человек. – Ой, что-то я тебя не пойму, подруга, – притворно вздохнула Маша. – Тебя люди довели до самоубийства, леший спас, а ты ещё перебираешь и сомневаешься? – Нет! – испуганно замахала руками девушка. – Я в Семе не сомневаюсь, но что люди скажут? – Опять не поняла, – теперь Маша нахмурилась. – Ты возвращаться надумала? С ребенком или оставишь дочку лешим, а сама в деревню пойдешь? Несостоявшаяся утопленница неосознанно обхватила руками живот. – Ты что? – круглыми глазищами она смотрела на Машу и в них читалось недоумение. – Как я могу дитенка бросить? – Значит, бросишь Матвея и Вишну? – Нет, я не то хотела сказать! – оправдывалась Маня. – Я… Не знаю. Но как же мне жить здесь всю жизнь? Я не смогу… Мне к людям надо, - она опустила голову и мяла в руках юбку. – Тогда не трогай больше Матвея и не подходи к нему! – раздался злой голос Вишны. Девушки разом вздрогнули и обернулись – лешачок стоял в дверях и сердито сжимал кулачки. – Все вы, бабы, одинаковые! Сначала голову заморочите, а потом сбегаете! Не смей больше Матвея на руки брать! Не зачем ему к тебе привыкать! – крикнул он в сердцах и выскочил из дома. – Дура, ты, Манька, как есть полная дура. Тебе Серафим нравится? – Очень, – прошептала девушка и заревела. – А ну, как он бросит меня? Заберет дите, а меня выгонит? А, ежели я понесу от него? Маша закатила глаза: вот дура деревенская! Что ей понарассказывали? Маня, как будто отвечая на мысленный Машин вопрос, придвинулась поближе и зашептала в ухо: – Мне ведь с мальства говорили, что лешие девок портят и баб воруют, чтоб изгаляться над ними. Стащют к себе в избу и сильничают, пока та не окочурится или не понесет от лешего. А как народит дитенка, то, ежели мальчик, то мальчика оставляют себе, а бабу в расход пускают, а, ежели девочка, то обеих съедают, а себе других воруют, чтоб дальше сильничать всем скопом. Она замолчала, теребя юбку, а потом добавила: – А я-то тяжелая, рожу дитя и что дальше? – И правда – дура, – вынесла вердикт Маша. – Я здесь уже почти 2 месяца и, как видишь, никто меня не тронул. Маня покраснела и опустила голову: – А Серафим ночью ко мне приходил… – И? – Он такой ласковый, такой… У меня с Пашкой никогда такого не было! Это как с большой горки враз съехать! – Так, может, ваши мужики и выдумали все сами, чтоб оправдать своё… кхм, неумение в постели? Маня задумалась. – Может и оно. Наши-то что: сунул-вынул, ну чмокнул пару раз, сиськи помял, да интерес свой справил. А Серафим… он сначала мне хорошо сделал, а потом сам…Ой, и вправду, наши деревенские и в подметки ему не годятся. Завидуют, наверное, раз сами не умеют бабу ублажить так, чтоб она стонала от удовольствия. Я вчерась еле сдержалась, чтоб не заорать – так было… Очуметь, как хорошо! – Ну, вот ты сама и ответила на свои страхи. Живи здесь, да рожай маленьких лешенят. Никто тебя не съест, любить будут только сильнее. – А дочка? – Маня испуганно икнула. – Её куда? Съедят? – Да что ж ты заладила? Съедят да съедят? – передразнила Маша Маню. – Будет твоя дочка первая за всё время лешая, и докажет всем, что и женщины могут за лесным хозяйством смотреть не хуже леших. Видно, этот довод стал для Мани решающим. Она встала, тряхнула головой и решительно сказала: |