Книга Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея, страница 439 – Мосян Тунсю

Глава 79. Былых чувств не вернуть

Тело Тяньлан-цзюня и впрямь чудом не разваливалось, Чжучжи-лан по-прежнему висел, пригвождённый к стене, великий мастер Учэнь поддерживал настоятеля Увана, разбитая голова которого кровоточила, Мобэй-цзюнь тащил Шан Цинхуа, а Юэ Цинъюань стоял бок о бок с Шэнь Цинцю.

Лишь Ло Бинхэ стоял прямо против Синьмо, опустив голову, и невозмутимо оправлял рукава.

— Ло Бинхэ, иди сюда, — мягко окликнул его Шэнь Цинцю.

Ло Бинхэ качнул головой — всего один раз, но в этом движении сквозила непреклонность.

— Опять ты меня провел, — с горестью признал Шэнь Цинцю.

Помедлив, Ло Бинхэ всё же ответил:

— Учитель, я обещал, что помогу вам разобраться с Тяньлан-цзюнем — могу убить его хоть сейчас, если вы того пожелаете, отчего же вы считаете, будто я вас провёл?

— Использовать врага ради собственных целей [1] — воистину умно, — вновь усмехнулся Тяньлан-цзюнь. — Вот только от меня пользы на поверку оказалось немного, так что в итоге ему придется делать всё своими руками.

При словах «использовать врага ради собственных целей» сердце Шэнь Цинцю болезненно сжалось.

Выходит, Ло Бинхэ специально вручил Синьмо Тяньлан-цзюню? Ведь после обретения демонического меча тело из «корня бессмертия» принялось разлагаться с утроенной силой, так что, даже обладая самым могущесвенным оружием этого мира, он больше не представлял собой угрозы.

Видимо, Шэнь Цинцю настолько погрузился в свои мысли, что они отразились на его лице.

— О чём думает учитель? — бросил казавшийся по-настоящему задетым Ло Бинхэ. — Хоть он и похитил у меня Синьмо, меч всё равно продолжал признавать хозяином меня, только и всего. Вы ведь говорили, что впредь будете верить мне, отчего же теперь отступаетесь от своих слов?

— Я слишком часто доверялся тебе прежде, — медленно произнес Шэнь Цинцю. — Вплоть до настоящего момента я всегда верил в тебя.

— Это правда? — переспросил Ло Бинхэ, но тотчас кривовато улыбнулся: — А вот я больше не могу верить учителю.

Что-то в этой улыбке не давало покоя Шэнь Цинцю — осознав это, он намеренно смягчил выражение лица и голос, бросив:

— Что теперь не так?

Уловив в его голосе подлинное тепло, Ло Бинхэ внезапно прекратил улыбаться — теперь его лицо исказило неподдельное страдание.

— Учитель, я ведь говорил это прежде. Я вижу, что с ними вам гораздо лучше, чем со мной.

Поначалу Шэнь Цинцю никак не мог взять в толк, каких это «их» имеет в виду его ученик. Ло Бинхэ принялся мерить пещеру шагами, расхаживая взад-вперед рядом с Синьмо.

— Всякий раз, когда я молил учителя уйти со мной, он не соглашался, — горько усмехнулся он, словно бы потешаясь над самим собой. — А если и соглашался, то лишь под принуждением — а значит, против воли. Но когда они просят вас остаться, то вы соглашаетесь без малейших колебаний. — Бросив потерянный взгляд на Шэнь Цинцю, он продолжил: — Учитель, вы так редко улыбаетесь — а ведь я так люблю вашу улыбку. И всякий раз, когда вы улыбались, вы были с ними. Мне… — он перешел на шёпот, — …очень, очень больно.

Тут-то до Шэнь Цинцю наконец дошло, что под «ними» его ученик имел в виду весь хребет Цанцюн.

В тот момент, когда Лю Цингэ внезапно распахнул ставни, желая обнаружить там Ло Бинхэ, тот и впрямь был там — лорд пика Байчжань уловил исходящие от него эманации бессильного гнева.