Книга Три века одиночества, страница 24 – Маргарита Романова

- Что тебе нужно от меня? Ты жаловался, что не хочешь тратить на меня время, а сам пристал, как банный лист!

Агафоклис закатил глаза и сам дернул за ручку. Дверь оказалась открыта. Парень испытующе смотрел на Веру, пока она не сделала несколько нерешительных шагов в дом. Негнущимися пальцами она развязала шнурки сапог и на ватных ногах вошла в гостиную. Агафоклис бесшумно следовал за ней. Он излучал уверенность и твердость характера, но это от чего-то не передавалось Вере.

Только заступив за порог гостиной, ей на плечи легли тонкие руки мамы. Вера вздрогнула. После вчерашнего любое касание ее плеч вызывало чувство опасности.

- Ты в порядке?!- То ли спросила, то ли с облегчением вздохнула мама. Ее голос звучал сухо и почти безэмоционально. Мама как всегда скрывала свои эмоции под маской безразличия. Она настолько к этому привыкла, что даже страх за родную дочь никак не отражался на ее узком лице. Порой Вере казалось, что равнодушие и есть настоящая реакция мамы, отчего в груди закипала обида. Неужели ей так сложно для дочки снять эту глупую маску. Хоть раз в жизни обнять, улыбнуться, поплакать наконец. Но нет. Даже сейчас, когда Веру похитили, мама и бровью не повела. 

- В порядке.- глухо отозвалась Вера. 

- Тебя не тронули? В смысле не обидели?- Продолжала расспрашивать мать. Но все с тем же безразличным лицом. Она уже отошла от Веры и принялась расхаживать по комнате, заведя руки за спину.

- Нет. 

- Вера, садись, пожалуйста.- Только сейчас она заметила полицейского, сидящего в кресле напротив отца. Казалось, только он тут преисполнен добра и заботы. Голос его был мягок, а в глазах читалось сочувствие и интерес.- Все хорошо, все закончилось. 

Он говорил вкрадчиво, почти ласково. Вера села на диван, поджав колени и обхватив их руками.

- Меня зовут Смирнов Григорий Евгеньевич. Я занимаюсь расследованием твоего дела. Мне необходимо, что бы  ты отвечала честно. Ничего не утаивай, хорошо?- Вера кивнула.- Тебя били?

- Один раз ударили по голове в парке.- В горле пересохло, от чего Вера говорила тихим и хриплым голосом.

- Принесите девочке воды.- Потребовал Григорий, обращаясь к матери, но та не двинулась с места.

Агафоклис, оценив ситуацию, сам нашел кухню, налил воды и принес Вере.  Есения Дмитриевна вперила в него возмущенный взгляд, будто большей наглости не видела, но промолчала.

Вера, отпив глоток, рассказала все сбивчиво и то и дело дополняя ччто-то, что забыла сказать ранее.

- Значит их было трое?- Спросил Григорий.

- Да.

- Они не называли имени своего нанимателя?

- Н-нет… не знаю… я не помню.

- Везли тебя в Тверской аэропорт?

- Угу.

- Видела их? Фоторобот составить сможешь?

- Нет.

- К тебе вопросов больше нет.

- Иди в комнату.- Сказала мама тоном, которого нельзя было ослушаться.

Вера упала на свою кровать, обняв сонного котенка. Через стенку она слышала о чем говорили в гостиной. Там допрашивали Агафоклиса. Григорий Смирнов задавал вопросы громко и четко, а вот Агафоклис отвечал тихо и спокойно, так что его шелестящий голос был почти неразличим.

- Вы сможете указать место, где вас остановила Вера?

Ответ прозвучал так тихо, что Вера не услышала слов, но почему-то была уверена, что ответ был положительным.

- Отправляемся прямо сейчас. Не думаю, что мы застанем их там, но что-нибудь да найдем.