Книга Покров Тьмы, страница 61 – Маргарита Романова

— Кто из нас стар?! — насмешливо воскликнул Златоэорис, покосившись на толстые нити седины в волосах гнома.

— Уж точно не я. Я все еще достаточно молод, чтобы махать своим молотом.

— Разве что гвозди в доски забивать. — Продолжал задираться парень.

— А ты не плох. — Рассмеялся гном, нисколько не обижаясь. — Фаолин, а Мариэль тоже здесь?

— Она в Приюте Третьего Солнца, заботится о жителях незащищенных поселений.

— Узнаю наш Изумрудик, никогда не остается равнодушной.

— Тебе придется придумать для нее другое прозвище. — Улыбнулся Златоэорис. — Как насчет Сапфира или Аквамарина?

— Снова поменяла взгляд на мир? — Всплеснул руками гном. — Ладно, придумаю, как только увижу. А сейчас пойду ка приведу себя в порядок. Надеюсь ваш винный погреб не разграбили эти варвары? Не страшно, если я возьму бутылку какого-нибудь пойла?

Фаолин безразлично пожал плечами, позволяя этим жестом другу делать все, что заблагорассудится. И гном отправился по сиреневой тропе в замок. Златоэорис и Либрэ взмыли в небо, желая поохотиться. А Фаолин подошел к кромке воды. В тонкой корке льда, образовавшейся на поверхности озера, он увидел свое отражение. Но легкое заклинание изменило его на лицо любимой. Уставшая, но улыбающаяся Мариэль кого-то лечила в лазарете цитадели, придерживая одной рукой круглый живот. Видно, уставшая настолько, что даже не распознала, что за ней наблюдают в волшебное зеркало. Один только ее вид согревал душу Фаолина. Он бы с радостью поговорил с ней, но ей явно было не до этого. Не желая мешать ей, принц просто смотрел на нее и не мог оторваться. Сердце требовало ее присутствия, ее нежных прикосновений, аромата ромашек и винограда — ее аромата.

Настал новый день. Эльфийское войско двинулось к Золотой горе. Фаолин верхом на гордом вороном жеребце возглавлял процессию. Над головами, облаченных в позолоченные доспехи, воинов парил серебряный дракон. Продвигались медленно, но совсем не останавливались. Даже ночью длинная вереница солдат продолжали свой марш. Путь им освещали волшебные фонарики, светящиеся чарующим голубоватым светом. А скуку развеивали песни, уносящиеся в высь сотней завораживающих голосов. Так протекали пять утомительных дня. Выносливый народ не нуждался в передышках, они могли перекусывать и отдыхать на ходу. И у них даже были силы отбиться от врагов, напавших на них средь бела дня.

Дракон, в разы больше Либрэ, преградил им дорогу огненной полосой. Степь вспыхнула, не давая войску эльфов пройти. А с тыла на них уже неслась конная рать неприятелей. Либрэ довольно удачно отвлекала на себя темного дракона, и тот почти не вредил эльфам.

— Перестроиться фалангой! — Скомандовал Фаолин.

Эльфы четко исполнили приказ. Без лишней суеты, словно каждый знал свое место, войско развернулось лицом к врагу. Повозки с провизией оказались за их спинами и перед огненной стеной. Один отряд направился тушить пожар, что бы тот не поглотил всю степь вместе с ними.

— Лучники, стрелы на тетиву! — Фаолин и сам натянул тетиву. — Первая дивизия, стреляй! — Он выпустил стрелу вместе с тысячей других. Смертоносный град обрушился на головы налетчиков, но Фаолин не давал им времени расслабиться. — Вторая дивизия, стреляй!

Две дивизии поочередно обрушивали залпы, непрерывно поливая врага дождем из стрел. И вот противник приблизился на столько, что пора было обнажать клинки.