Книга Падение богини, страница 140 – Анастасия Медведева

– Что тебе нужно? Цинь? Пипа? Всё это есть в моём доме, – перебил её древний бог и одним движением обратил их обоих в густой туман, мгновенно переместившийся в пагоду на Красной Горе.

– Как вы…! – выдохнула Юнь Юнь, резко обретя потерянную было опору под ногами.

– Прошу прощения. Хань Ли, должно быть, предупреждал вас, что порой я веду себя эксцентрично. Думайте, что сейчас один из таких случаев, – как ни в чем не бывало отозвался Гуань Шань и лёгким взмахом кисти призвал к себе цинь, установив инструмент на столике, стоявшем в центре смотровой площадки. – Ваше место готово, – указав на небольшую скамью рядом со столиком, произнёс древний бог и встал чуть впереди, у самого ограждения.

– Мелодия будет довольно простой. Если вам известно о произошедшем со мной в смертном царстве, то знаете, что большим музыкантом я не стала, как и знаменитой певицей, – сухо уточнила Юнь Юнь, присаживаясь на скамью и откладывая веер.

Играть ей совсем не хотелось. Ещё меньше ей хотелось петь. Тем более – для него! Ведь он стал бы первым, кто услышит её голос!.. Но величественная и одинокая фигура бога, стоявшего перед ней на фоне густых облаков над утёсом, начала вызывать в груди наследницы странное томление.

«Я что, жалею его? С чего бы?.. Нет, нет-нет-нет, он играет со мной, как играет со всеми!» – подумала Юнь Юнь, приводя себя в чувства. Затем решительно встряхнула руками и отбросила лишние мысли, готовая ублажить Хозяина Красной Горы за потенциально высокое вознаграждение.

Он хотел услышать песню?

Он её услышит.

И Юнь Юнь запела – ещё раньше, чем её пальцы коснулись струн циня, – а затем заиграла, увлекая своего слушателя в водоворот событий, действительно произошедших когда-то давно на небесах и даже получивших своё отражение в творчестве простых смертных… Мелодия, наполнявшая пространство, была тягуче грустной, щемящей сердце, а голос, которым Юнь Юнь впервые пользовалась на публике в качестве исполнительницы песни, звучал тонко и словно колол саму душу, дотягиваясь до тех потаённых уголков, что, казалось, были спрятаны даже от своего собственного хозяина.

Гуань Шань стоял с закрытыми глазами, из которых медленно скатывались слёзы. Да, древний бог плакал. Оказывается, он умел это делать… И сейчас оплакивал не столько несчастных влюбленных из песни, сколько свои собственные ошибки, которые он был не в состоянии исправить.

Когда Юнь Юнь закончила петь, её тонкий голос продолжал разноситься эхом по всему утёсу и строки стихотворения продолжали будоражить душу единственного слушателя, готового, но не способного вернуться в своё прошлое, полное печали и сожалений.

– Когда-то давно здесь была вода, – произнёс неожиданно Гуань Шань, глядя на обрыв, – море омывало эти земли, богатые и плодородные… а потом я сделал так, чтобы море исчезло отсюда навсегда, а на его месте появился туман, упав в который, бессмертный не умрёт, а всего лишь попадёт в смертный мир.

– Вы были тем богом Войны? – почти беззвучно спросила Юнь Юнь, сердце которой внезапно защемило с такой силой, что юной богине пришлось положить на него руку.

– Только действующий бог Войны мог назначить преемника – это правило я ввёл лично, после того как оставил пост владыки и принял этот титул на многие тысячи лет… Я служил верхнему миру слишком долго и стал забывать, как это – жить для себя…