Книга Полжизни за мужа, страница 71 – Нина Бьерн

– Если я попытаюсь бороться за него, он умрет. Пусть будет жив и тогда у него еще будет шанс найти свое счастье.

– Но она попытается окрутить его.

– Если он посчитает, что хочет быть с ней, пусть будет счастлив. А ее пусть судят боги.

Я решительно встала. Сколько бы я не сидела здесь, не смотрела в огонь, уезжать все равно придется. Тяжело, больно, но надо. Я оглянулась на повозку, в которой оставила Нирса, и сердце обожгло новой болью. Он сидел там в обнимку с Данкой. Она прижималась к его груди щекой. А он смотрел с удивлением на свои сцепленные вокруг девушки руки, словно не понимая, что в этом не так. Все просто, любимый. Это просто не я. Ты просто забыл. Меня. Нас.

Может быть потом все изменится и недоумение в его взгляде на нее сменится нежностью. А может он оставит ее и пойдет дальше искать свою судьбу.

Я скользила взглядом по любимым чертам лица. Старалась запомнить каждую линию. Сохранить, запечатать в памяти навсегда. Чтоб он был со мной хотя бы в моих воспоминаниях, и чтоб обнимать его не руками, но сердцем, где бы он ни был, с кем бы ни связал свою судьбу.

– Он говорил, до веретенников недалеко, – я вытерла рукавом мокрое от слез лицо. Даже не заметила, что плачу. – Ты знаешь, как туда доехать?

– Я поеду с тобой, – твердо сказал он, кивнув.

– А как же дакат-рунай?

– Догоню их за Белым лесом. Как раз успею.

– Спасибо, – тепло поблагодарила я даката.

Наш конь лакомился яблоками из дакатских припасов. Мешок выпал из какой-то повозки и разорвался, явив счастливому взгляду каурого жеребца целую кучку желто-красных плодов. Конь быстро поедал яблоки одно за другим.

– Ах, ты, хитрый, – ласково потрепала я его по довольной морде. – Поехали, дорогой. Нам пора.

Жеребец недовольно всхрапнул, когда я потянула его прочь от лакомства. Чтоб как-то задобрить скакуна, я захватила из мешка несколько яблочек.

– Вот, смотри. Мы возьмем с собой немного.

К его седлу все еще были привязаны сумки Нирса. Я погладилакожаный бок одной из них, тронула железную пряжку с гравировкой ящера на блестящей поверхности. «Доброго тебе пути, мой любимый охотник.» Я отвязала сумки и передала стоявшему рядом Марку. Он кивнул и отнес их к повозке, в которой все еще сидели Нирс и Данка.

Дорога стелилась нам под ноги ровная. Словно сама природа не захотела чинить мне препятствий. Рядом со мной ехал на своем буланом жеребце Марку. Закат сгущался, превращаясь из золотистого в рыжий. Такого же цвета, как волосы моего спутника. Последние лучи солнца застывали на них бронзовым блеском. Дакат пел. Его песня была посвящена уходящему солнцу, но мне казалось, что она про мою жизнь.

«Отпусти уходящее солнце. Благодари его за свет, озаривший твою дорогу. Оно слишком любит тебя, чтоб уйти насовсем. Оно отдохнет и вернется в новом дне, чтоб осветить новый путь.»

Я отпустила свое солнце. Подержала его в ладонях всего несколько дней, напиталась его теплом и любовью и не удержала. Впереди новая жизнь. За последние дни я так привыкла к мысли, что мое будущее рядом с Нирсом, что теперь жизнь без него казалась такой странной. Словно из нее убрали краски, запахи и звуки. Некрасивые картинки в скучной книжке, из которой, к тому же вырвали половину страничек. Но я справлюсь. Я прочту ее и извлеку из нее тот свет, который в ней все-таки остался.