Онлайн книга «История Льва»
|
- Что? – хмыкнул Яков. – Думал, я такой слабак? - Вообще-то да, – признался Лев. - Я тоже могу применять силу, просто не хочу. Иди сюда, - он собственнически взял Льва за руку и завёл за барную стойку, ограждая тем самым от стареющих американских мужчин. В баре, кроме ребят, не было ни одного человека моложе сорока. Любые юные лица, мелькающие среди грузных мужчин, попадали в бар по незнанию или недоразумению: такие ребята, оглядевшись, стремительно покидали помещение. Но посетители смущали Льва не только возрастом, но и внешним видом: ему казалось, что он попал на тусовку байкеров, а не геев. Или, что еще хуже, на день рождение своего отца: в такие дни у них дома собирался похожий контингент. Бармен был человеком такого же типа: одновременно и толстый, и мускулистый, со сверкающей лысиной и рыжей бородой. Они по-свойски болтали с Яковом за работой, напоминая мультяшных персонажей, вроде Тимона и Пумбы. Лев пристроился в сторонке – вместе со стаканом кофе, который любезно приготовил Яков – и, подперев плечом подвесной шкаф со стеклянными бутылками, принялся ревностно наблюдать за работой Власовского: как тот общается с клиентами, выслушивает заказ, а потом ловко крутит рычаги и краны на кофемашине, поднося кружку то к одному, то к другому, взбивает венчиком пенку и вырисовывает на ней узоры. Сердито глотая терпкий напиток, Лев в который раз ловил себя на мысли: это теперь другой Власовский. Какой-то… странный. Излишне самоуверенный, нагловатый и дерзкий. Но кофе приготовил вкусный, хоть на том спасибо. Каждый второй заказывал кофе, флиртовал с Яковом, называл его уменьшительно-ласкательными прозвищами и включал точно такие же мерзостные интонации, которые совсем недавно услышал сам Лев. Яков реагировал сдержанно-вежливо, кивал и улыбался, позволяя называть себя «сладким», «конфеткой» и другими сахарными словечками. Льва это разозлило: где же вся его хваленая сила теперь, когда нужно защищать самого себя? - Почему ты им это позволяешь? – поинтересовался он, когда очередной клиент, допив кофе, удалился со словами: «Ещё увидимся, малыш». - Они же ничего неделают, - вздохнул Яков, унося грязную посуду на кухню. Лев хотел пойти следом за ним, но увидев других работников – поваров и посудомойщиков, затормозил, не желая привлекать внимание. Когда Яков вернулся, он продолжил разговор: - Они тебя дают какие-то уродские прозвища. - Я не могу им этого запретить. - Почему? - Это называется «клиентоориентированность». «Гомоориентированность это называется», - хотел проворчать Лев, но не стал. - Тебе что, это нравится? Нравится, когда взрослые мужики клеят? - Слушай, это специфика любого бара, - объяснял он. – В обычных тоже клеят, и женщины, и мужчины. Пьяный флирт. - А что, обязательно работать в баре? Почему не в этом… короче, что ты там называл? Стар… - Старбакс, - напомнил Власовский. – В кофейнях нет ночных смен. А совмещать учебу получается только с работой по ночам. Льва охватило едва уловимое беспокойство: он что, совсем не отдыхает в учебное время? Университет, работа, четыре часа сна и всё по новой? Но эти мысли проскользнули мельком, вспорхнули как бабочка с цветка и исчезли в неизвестном направлении. Вместо них закрутились старые добрые: «Ему по-любому всё это нравится, чертов лжец». |