Книга Навечно, страница 145 – Женева Ли

Мне было невыносимо думать о нашем ребенке. Мне было невыносимо думать о том, как я был счастлив всего несколько часов назад.

За спиной раздались тихие шаги, но я не поднял глаз. Да и не нужно было. Я узнал запах своей матери.

Ее рука мягко легла мне на плечо, но я не почувствовал утешения.

― Мне жаль, что мы опоздали. ― Голос у нее был тихий, неуверенный, и я знал, что она говорит серьезно.

― Ты ослушалась Совета. ― Это был не вопрос, а скорее осознание.

― Что значит еще один враг?

― Они заплатят за это. ― Эту клятву я сдержу. Я подвелТею. Я подвел нашего ребенка. Но я не успокоюсь, пока не уничтожу всех, кто несет за это ответственность.

― Как и следовало ожидать, ― пробормотала она в знак согласия. Она слегка вздохнула, и ее рука крепче сжала мое плечо. Затем она отпустила его и отодвинулась к краю кровати, игнорируя мое тихое предостерегающее рычание.

― Никто не смеет прикасаться к ней, ― прорычал я.

Но она подняла руку, призывая меня к молчанию, ее лицо исказилось от сосредоточенности, а затем… ее глаза расширились от шока. Она повернулась и схватила меня за плечи. Я начал протестовать, но она оборвала меня одним резким словом.

― Послушай.

Я закрыл глаза, стараясь не обращать внимания на нахлынувшую тоску, и сделал, как она сказала. Вода плескалась о борт лодки. Моя семья разговаривала приглушенными, полными горя голосами, один из них постукивал ногой по палубе наверху. Моя мать дышала неглубоко, сбивчиво. Но под всем этим было что-то еще.

Слабое, стремительное и драгоценное.

― Сердцебиение ребенка, ― пробормотал я, и слезы полились по моим щекам. ― Как?

Это было невозможно. Ей было всего несколько недель. Ребенок не мог пережить смерть матери.

― Ваши жизни связаны, ― в голосе моей матери звучало изумление.

Я знал это сердцебиение ― я слышал его только сегодня утром, но никогда не забуду этот быстрый уверенный ритм. И если я был жив…

Тея резко вдохнула, ее тело дернулось, возвращаясь к жизни.

ГЛАВА 42

Тея

Мне не хватало воздуха. Я вдыхала огромными глотками, пальцами размазывая кровавое пятно на груди. Я умерла. Снова.

Джулиан, бледный от потрясения, смотрел на меня, стоя у изножья кровати. Он не шелохнулся, когда наши глаза встретились. Мир вернулся ко мне, и мои чувства ожили.

Удары воды о борт лодки.

Соленый запах и вкус океана.

Маслянистый свет, льющийся из иллюминатора.

― Я оставлю вас двоих, ― пробормотал кто-то. Краем глаза я заметила, как Сабина с убийственной грацией направилась к двери. Дойдя до нее, она остановилась: ― Или лучше сказать ― вас троих?

Моя рука опустилась ниже, глаза расширились, когда я поняла, что произошло. Но если я умерла…

― Ребенок…?

Мой незаконченный вопрос вывел его из оцепенения. Он вскочил на ноги, почти заполнив своей массивной фигурой маленькую каюту.

― Сердцебиение сильное, ― хрипло произнес он и сделал шаг ко мне. ― Вы были…

― Мертвы, ― закончила я, когда он не смог этого сделать.

Джулиан кивнул, его взгляд не отрывался от меня, словно он ожидал, что я могу исчезнуть, если он сделает это.

― Умереть дважды? Я точно Баффи. ― Я старалась, чтобы слова прозвучали непринужденно, но в них чувствовалась та же тяжесть, что я испытывала.

Джулиан моргнул.

― Что такое баффи?

― Истребительница вампиров, ― подсказала я. Его лицо оставалось пустым, и я попыталась улыбнуться. ― Я забыла, как много поп-культуры ты пропустил.