Книга Два лица, страница 83 – Ольга Сурмина

Он не сразу понял, что та даже не спросила, куда ей идти. Вновь совершая звонки, слышал лишь короткие гудки — во время ливня совсем не просто понять, что тебе кто-то пытается звонить. Отчаянно. Долго. Ревнивый брат не знал, с какой стороны она идет, где находиться, а главное, куда держит путь. К нему на работу? Где он, более, не работает? Или домой? И как ее пытаться поймать? Если это вообще возможно. Он уже хотел схватить ее за волосы и тащить куда-нибудь, куда угодно, лишь бы подальше, и где они могли бы побыть вдвоем.

До боли знакомые ступени риелторского офиса. Младшая Флойд уже не раз была здесь, но ничего кроме отрицательных эмоций эти походы ей не дали. Начиная от мимолетного стыда заканчивая отчаянием, и, раз она вновь идет сюда, значит, вот-вот будет еще одна порция. Уже по инерции.

Днем все работники на своих местах. Кто-то шелестел в архивах, в коридоре, неподалеку от двери начальника, сидела полненькая, но миловидная секретарша, лет тридцати — тридцати пяти. Откуда-то слышался разговор. Жизнь кипела, и ей определенно это нравилось.

Все были на своих местах, кроме одного — стол Эда был пуст. Риелтор, подняв глаза от монитора, тут же снял очки и расплылся в странной улыбке:

— Не ожидал тебя сейчас увидеть, здравствуй. Что-то не так?

— Да ничего, просто брат звонил, очень просил, чтоб я пришла. Где он, кстати?

Хьюго, чья улыбка становилась еще шире, медленно поднялся со стула и подошел к гостье, небрежно стряхивая с ее плеч дождевуюводу:

— Посмотри, вся мокрая. Простудишься. Где этот идиот? Уволился, по крайней мере, я на это надеюсь.

— Уволился?! — Глаза, что только что были слегка печальными, вмиг округлились и заморгали. — То есть как? Он ушел? Сам? Его не уволили? Но почему, где вы не поладили? — Она тяжело вздохнула и заметно сконфузилась. — Отчего-то уже второй близкий друг Эда от него отворачивается после знакомства со мной. Мне стоит… вообще не касаться его жизни, и тогда все будет в порядке.

— Здравая мысль. А знаешь, почему так происходит? — Хейз придвинулся еще ближе, накидывая на гостью свой пиджак. — Ты. Звучит ужасно, но дело в тебе. Будешь держаться от него подальше, как сама сказала — все будет в порядке.

— Пытаешься настроить против? Не-а, не выйдет.

— Жаль. — Он засмеялся и склонил голову. — Но я почти не преувеличивал. Ты. Нормально же, когда человек нравиться, верно ведь? Люди влюбляются, женятся, заводят семью. Моя сестра, скажем, вышла замуж два года назад. Последний раз я видел ее на свадьбе, и знаешь, даже не скучаю. Мы не были особо близки по жизни. У тебя же немного иная ситуация, и ты сейчас понимаешь, о чем я. Любой другой бы радовался, узнав, что другу симпатична его сестра. Но только не он, и так пополняются ряды врагов. В какой-то мере это даже честно, не находишь? Расплата за эгоизм. Эгоизм, ведь ты же его не любишь, я вижу это. Не любишь как мужчину.

— А ты циник. Нет, я не нахожу это честным, это омерзительно. Омерзительно с любой стороны, с какой не посмотри. А еще складывается впечатление, что здесь все решили за меня.

— Нет. Совсем нет, и ты это знаешь. Более того, на тебя даже почти не давят, за исключением твоего несносного родственника. Хочешь узнать, что я об этом думаю? — Он поднял лицо девушки за подбородок и нагнулся, пристально его рассматривая. — Ты любишь меня. Раньше сомневался, и это сомнение почти меня похоронило, но теперь вижу это. Вижу в твоих дрожащих ресницах, краснеющих щеках. Вот только… в этой светлой головке живу не только я, и за это тебя хочется… — Мужчина криво ухмыльнулся, вдавливая гостью в стену. Расстояние меж ними стремительно сокращалось, и, в итоге, она почувствовала на своих губах его. Стиснув зубы, Холи зажмурилась, и резко отвела голову в сторону: