Книга Песнь ста миров, страница 3 – Цзюлу Фэйсян

Сердце девушки охватил ужас, и она во все глаза остолбенело уставилась на обидчика.

Немного подержав ее щеку меж пальцев, он спросил:

– А щеки-то пухлые, сколько же мяса нужно есть? – Он давно ни с кем не разговаривал, голос прозвучал хрипло и резко, словно кто-то царапнул по фарфоровой тарелке кухонным ножом. Поэтому, произнеся лишь одну фразу, он тут же решил прекратить собственный монолог.

Однако совсем перепуганная Юаньбао, видя серьезное лицо спасителя и чувствуя, что жизнь ее находится в его руках, со всей искренностью выдала:

– Я от природы такая, с детской припухлостью.

– На ощупь… приятно.

Превозмогая унижение, Юаньбао выдавила с каменной улыбкой:

– Щупайтена здоровье.

Ци Тянь с серьезным видом сжал щеку еще несколько раз до тех пор, пока та едва ли не припухла, и только тогда, заметив заполнившие глаза Юаньбао слезы обиды, вдруг, словно очнувшись, отнял ладонь и, связав веревку, принял подходящую позу, чтобы накинуть ее на тело девушки. От нахлынувшего чувства благодарности к глазам Юаньбао снова хлынули слезы, вот только в следующую секунду, когда петля вдруг оказалась у нее на шее, девушка побледнела от испуга и в панике схватилась за руку Ци Тяня, вцепившись заодно в закинутую на собственную шею веревку. В ужасе она спросила:

– Что… что ты делаешь?

Ци Тянь на мгновение задумался.

– Вытаскиваю тебя.

Вытаскивает? Кого это он вздумал вытаскивать за шею? Ее?

Юаньбао испуганно хохотнула:

– Нет-нет-нет, постой… Постой!

Грубая колодезная веревка натянулась и безжалостно впилась в тонкую белую шею. Бледное лицо Юаньбао мгновенно позеленело, пальцы на руках согнулись точно каменные когти, а указательные обвинительно вытянулись в направлении Ци Тяня, глаза девушки выкатились из орбит, взгляд, напоминающий демонический, озлобленно вонзился в его тело. Ци Тянь же, крепко ухватившись за другой конец колодезной веревки, с силой тянул на себя, поглощенный спасением девушки.

Юаньбао ему и правда спасти удалось, вот только осталась она после этого спасения полуживая.

Безрезультатно потыкав ее пухлое бессознательное лицо, Ци Тянь поднял Юаньбао на спину и зашагал в глубь леса в сторону своей хижины.

– Юаньбао.

Чей-то резкий голос позвал ее по имени. Юаньбао нахмурила брови и нехотя распахнула веки – над ней нависал убогий потолок, а сама она, укрытая сырым и холодным одеялом, лежала на такой же убогой кровати из досок. Девушка осторожно принюхалась к материалу, и волна затхлого запаха тут же вызвала у нее рвотный позыв.

С припухшей от веревки шеей, Юаньбао попыталась повернуться на бок и слезть с кровати. На одежде ее все еще оставались следы засохшей грязи, а тело оказалось так слабо, что она почти рухнула, и больнее всего пришлось шее.

Выровняв дыхание, девушка постепенно собралась с мыслями и принялась осматривать темную хижину, в которой находилась. Одного взгляда хватило, чтобы оценить все убранство: оно было простым и обычным. Выбивался лишь узел пурпурно-черной ткани на столе. Юаньбао подошла ближе и, желая узнать, что же там, слегка оттянула ткань, после чего заглянула внутрь и оцепенела.

Там лежала куча сверкающих золотом юаньбао.

– Десять слитков, – донесся с улицы грубый голос. Когда Юаньбао услышала его, все тело напряглось, а рука потянулась к шее. Девушка, чувствуя страх и все же не в состоянии сдержать любопытства, подошла к двери и тихонько приоткрыла ее.