Книга Легенда о Чжаояо. Книга 1, страница 91 – Цзюлу Фэйсян

«Уродец! Какой же ты все-таки коварный!» – Я мрачно и зловеще уставилась в затылок Мо Цина.

Как раз в этот момент Мо Цин взял протянутую ему чашку из рук деревянного человека. Его пальцы слегка напряглись. Я испугалась, что он почувствовал мою неудержимую ярость, поэтому повернулась к нему спиной, чтобы отвлечься, рассматривая поделки на полках. Тут я услышала, как Мо Цин сказал Сыма Жуну:

– Если скучаешь по горе Праха, возвращайся. Я сохранил для тебя титул и должность властителя Западной горы.

Мо Цин позволил ему вернуться? Я навострила уши. Сыма Жун рассмеялся:

– Нет, ностальгия приведет только к еще большей тоске. Я не могу покинуть это место.

Что? Мой властитель Западной горы сам не желает возвращаться на гору Праха? Я обернулась и внимательно посмотрела на Сыма Жуна.

– Я жил на горе Праха лишь потому, что хотел отплатить Чжаояо. Поскольку ее больше нет, нет и причины оставаться там. К тому же ты хорошо присматриваешь за школой. По Цзянху ходят слухи, что скоро ты станешь Повелителем демонов… Я инвалид, ходить больше не смогу. Даже не знаю, когда моя жизнь подойдет к концу. Однажды ты примешь титул Повелителя демонов в тронном зале, но, боюсь, я не смогу поприсутствовать, так что позволь мне заранее тебя поздравить.

Мо Цин не ответил. Сыма Жун ничего от него не ждал. Он взял Небесный Клинок и снова его осмотрел:

– Итак, скажи мне, какиеножны ты бы хотел? Хотя я потратил много лет на создание механизмов, но сейчас мне нужно изготовить ножны, которые тебя не разочаруют.

«Сыма Жун, прекрасно, если ты сделаешь мне ножны. Но как властитель Западной горы, почему ты заставляешь меня чувствовать себя такой разочарованной? Я покинула этот мир, и тебе больше не за что бороться? Ох, дитя мое, как у тебя не может быть никаких стремлений? Почему ты никогда не думал о том, чтобы занять место главы школы? Вспомни, какой у тебя был статус при мне! Столкни Мо Цина, объяви себя главой! Ты следовал за мной столько лет, но в тебе нет ни капли честолюбия? Только погляди на Цзян У – он чужак, но готов бороться за титул главы школы; даже он более амбициозен, чем ты!»

Сыма Жун явно не собирался занимать место главы школы, и я не могла заставить его сделать это в моем нынешнем положении. Если что-то пойдет не так, моя личность будет раскрыта, поэтому я решила, что лишний раз рисковать не стоит.

Я перебросилась с ним парой фраз о ножнах, а затем села в сторонке, глазея на поленья, в то время как Мо Цин и Сыма Жун вошли в мастерскую. Когда Мо Цин уходил, он коротко сказал:

– Мне нужно кое-что обсудить с властителем Западной горы. Ты пока останься снаружи.

Я ослепительно улыбнулась, сказав как можно мягче и нежнее:

– Да, учитель.

Дверь в мастерскую закрылась. Мне стало невероятно любопытно.

До этого, на горе Праха, Мо Цин разрешил мне сходить в запретную библиотеку; он также позволил мне услышать, как он наказывал властителя Северной горы. Поэтому я решила, что ему нечего от меня скрывать, но оказывается, он все еще хотел что-то утаить.

Я подумала о мягкости Сыма Жуна по отношению к Мо Цину, и то, как он обратился к нему по имени… Властитель Западной горы покинул гору Праха, а Мо Цин занял место главы школы… Я задумалась, и в голове появились некоторые… соображения?

Мо Цин получил титул и место главы школы, убив меня. Но чтобы укорениться в этой должности, кто-то непременно должен был ему помогать. Властитель Северной горы Юань Цзе в нем лидера не признавал, поэтому уж точно не стал бы его поддерживать. Властитель Южной горы, Гу Ханьгуан, всегда был равнодушен к политике. Властительницу Восточной горы, эту сумасшедшую девчонку, я, еще будучи живой, видела лишь несколько раз за целый год. С тех пор как я призраком вернуласьв школу, то даже тени ее не видела, а ведь я там уже довольно давно. Наверняка после моей смерти она немного поплакала, а потом исчезла.