Книга Синий шепот. Книга 2, страница 91 – Цзюлу Фэйсян

– Подождите, – окликнула его А-Цзи, по-прежнему тяжело дыша. – Теперь мы можем уйти?

– Нет, – не колеблясь отрезал Чан И. – Вы можете свободно передвигаться в пределах городских стен.

– Но почему? – не унимался демон. – За что вы нас удерживаете?

Чан И остановился и вполоборота взглянул на него.

– С тобой ученик Наставника государства. Разве северу нужны причины, чтобы не дать ему уйти?

А-Цзи сердито усмехнулась. Она поняла, куда клонит тритон.

– Верно. Он ученик Наставника государства, но я-то – нет. Почему вы удерживаете меня?

У Цзи Нина сердце ушло в пятки.

– Неужели ты смог бы… – прошептал он, но никто не обратил внимания на его слова.

Чан И немного помолчал и ответил:

– Ты помогал ученику Наставника государства и вел себя подозрительно, поэтому тебя задержали. Это в порядке вещей.

Не желая продолжать разговор, тритон удалился. Едва он ушел, незадачливых беглецов окружили люди в черных одеяниях, не спуская глаз с А-Цзи. Они не прикасались к ней, не осыпали бранью, а просто наблюдали.

Проводив взглядом фигуру Чан И, демоница обернулась к своим преследователям и выругалась себе под нос. Затем подозвала Цзи Нина и под присмотром людей тритона вернулась в гостиницу, куда юношей устроил демон-змей.

Когда они вошли в свою комнату, Цзи Нин уныло проговорил:

– Чтобы выведать, сколько у тебя хвостов, он чуть не убил невиновного человека… Этот тритон жестокостью превосходит даже Наставника государства.

Демоница промолчала. Все вокруг, включая саму А-Цзи, поверили, что тритон был готов лишить ее жизни. Логика его действийвыглядела простой: окажись А-Цзи той, кого разыскивал тритон, она смогла бы отразить удар, если же нет – ничто не мешало ее убить. На кону была ее жизнь. А-Цзи рискнула и выиграла.

– Нет смысла говорить об этом, – наконец сказала она. – Лучше подумай, как нам убраться с севера.

* * *

В небе сияла ясная луна, на ледяной поверхности озера безмолвно стоял сребровласый человек. Спустя недолгое время он наклонился и приложил ко льду ладонь. Из нее вырвался синий магический всполох, и, словно в ответ на яркую вспышку, в темных глубинах замерзшего озера замерцал тусклый голубоватый свет.

Человеку не было нужды погружаться в озеро. Его глаза пронзили мрак, сгустившийся под ледяным покровом, и разглядели на дне озера фигуру, вмурованную в глыбу льда. Ее облик не изменился: казалось, черные ресницы вот-вот дрогнут и глаза распахнутся.

У Чан И резко закололо сердце, и он прервал заклинание. Тритон впервые увидел лицо усопшей с тех пор, как поместил ее в ледяной саркофаг на дне озера. Закрыв глаза, он опустился на одно колено. Мертвая тишина окутала горы и реки. Чан И тоже молчал. Только когда снег покрыл его плечи белым пушистым слоем, он прошептал:

– Это не ты…

Снег падал очень долго, медленно погребая под собой одинокую мужскую фигуру. Тут вдалеке послышались шаги. Чан И встрепенулся, словно ожившая статуя, и повернул голову.

– Кунмин.

– Я не застал тебя во дворце и сразу понял, что ты здесь. Я не ошибся.

Чан И поднялся на ноги, с его одежды посыпался снег.

– Не думал, что ты вернешься так скоро.

– Детей, отравленных морозным ядом по пути на север, я спас, но ни одного не смог исцелить полностью. Злодеяние принцессы Шуньдэ вызвало волну народного гнева. Все больше людей бежит на север, власть императора трещит по швам, великая империя Чэнь находится на краю гибели. Я подумал, что скоро здесь прибавится работы, и поспешил назад.