Книга Узы Стаи, страница 180 – Юна Ариманта

— Динка! Стой! Жди нас! — в голове звенели голоса остальных мужчин, но она их не слышала.

— Дайм!!!

Поединок

— Вожак давно мечтает завладеть Ринэйрой. Но она ему не дается. Он многое бы сделал для того, чтобы она пришла к нему добровольно, — продолжал Йоруг, а Дайм смотрел на него, не понимая к чему он клонит.

— Вы же с ней в близких отношения, ага? — Йоруг мерзко захихикал. — Я же видел, как она на тебя смотрела!

— Что ты предлагаешь? — хмуро спросил Дайм.

— Скажи Ринэйре, пусть придет к Вожаку. Она послушает тебя, особенно если ты пообещаешь ей убить Вожака. Поверь, она мечтает об этом не меньше тебя. У нее есть причины ненавидеть его. И пока он ее… ну… того… я проведу тебя подземными переходами к его комнате. Выберем момент, когда он увлечется совокуплением, и прикончим его, когда он меньше всего этого ожидает. Втроем-то мы его завалим, уж точно!

— Ты в своем уме? — с отвращением спросил Дайм, глядя на Йоруга со смесью жалости и брезгливости. Насколько надо потерять облик варрэна, чтобы всерьез строить такие планы?

— Что ты на меня так смотришь? — вызверился Йоруг. — Это единственный способ перегрызть ему глотку. Если, конечно, он не захочет покувыркаться со всеми четырьмя своими Варрэн-Лин одновременно. Но Ринэйра ему не позволит этого. Да и он, наверняка, захочет поиметь ее один на один. Подумай! Это твой шанс!

— Я не буду впутывать Ринэйру в это! — зарычал Дайм. — Эти грязные игры оставь в своих фантазиях. Я сражу его в честном бою и верну себе звание Вожака!

— Наивный идиот! — вспылил Йоруг. — Ты сдохнешь, как сдох Эйрин.

— Эйрин? Он бросил вызов Вожаку? — потрясенно переспросил Дайм. Эйрин был красивым самцом, Варрэн-Лин были к нему благосклонны, но когда в свой День Выбора Ринэйра позвала его, он остался с ней и буквально боготворил ее.

Однако, Эйрин был совершенно не приспособлен сражаться. Он с удовольствием возился со всеми детишками племени, когда матерям нужно было куда-то отлучиться. Ухаживал за немощными стариками, помогал лекарю и собирал травы для лечения. Он никогда не вступал в конфликты, не ходил на охоту. Еду стае Ринэйры добывали другие мужчины. А Эйрин… он хорошо пел и рассказывал истории, был украшением любого праздника, мог утихомирить расшалившихся подростков одним взглядом, разбирал споры и разногласия. В то, что он пошел против Вожака Дайм поверить не мог.

— Когда Вожак пришел к ним в пещеру исказал, что отныне Ринэйра принадлежит ему, Эйрин как с цепи сорвался. Он дрался, как руог, не чувствуя своих ран, пока Вожак не приказал своим женщинам убить его. Прямо на глазах Ринэйры его превратили в горстку пепла, — раздраженно порыкивая, Йоруг мерил пещеру шагами. — Ты невесть где пропадал, пока мы тут пытались выжить! И теперь ты говоришь мне, что я не в своем уме? Я хотя бы остался жив, в отличие от Эйрина!

— Я убью его! — Дайм вскочил на лапы и заметался по пещере. Внутри все клокотало от ненависти. Вот так просто взять и вывести из себя спокойного и рассудительного Эйрина, который в своей жизни ни разу не оскалил зубов! А потом хладнокровно приказать убить его на глазах собственной Варрэн-Лин! — Вот увидишь, я убью его! Разорву ему глотку своими собственными клыками!

Йоруг хотел испугать его, рассказывая подробности о бесчинствах Вожака, но от этих рассказов в груди Дайма только разгорелась холодная решимость. Такому чудовищу не место в мире Варра. И Дайм сожалел только об одном: что оставил его в живых тогда, когда надо было убить его. Это его, Дайма, вина, что погибло столько черных варрэнов, что оставшиеся в живых вынуждены были страдать. И он должен был исправить свою ошибку во что бы то ни стало!