Книга Пораженные, страница 178 – Р. Д. Бейкер

— Наверное, да. Я уверена, мы найдем способ развлечься.

Шторм бушует несколько дней. Торнадо не возникает, но я уверен, что один из них проходит недалеко от нас на второй день после нашего прибытия. Воет ветер, а раскаты грома громче всего, что я когда-либо слышал в своей жизни.

Мы с Джульеттой остаемся в нашем маленьком фермерском доме и совершаем прогулки, чтобы размять ноги, когда ветер перестает завывать достаточно надолго. Дождь ее совсем не беспокоит, на самом деле она предпочитает гулять под ним, запрокинув голову навстречу падающим каплям, с закрытыми глазами и выражением чистого блаженства на лице.

Мы не видим ни одного Пораженного, и мне интересно, добралась ли орда, которую мы видели во время той последней неудачной поездки в Саванну, до лагеря. Они прошли не этим путем, и это большое облегчение. Сначала я беспокоился, что фермерский дом был своего рода убежищем для мародеров — людей, которые сбежали из лагеря и теперь живут в дикой природе, избегая вампиров и нападая на любого человека, который попадался им на пути.

Но никто не возвращается в дом, и однажды мое исследование главного дома показало мне, что там даже никто не грабил. На столе все еще стояли тарелки, как будто гостей прервали и утащили во время трапезы. Это заставляет меня содрогнуться, но также наполняет меня облегчением от того, что, кажется, никто не знает об этом месте.

Я несколько раз подумываю остановиться здесь, когда погружаюсь в Джульетту. Я знаю, что мне нужно отвезти ее в Роанок. Я знаю, нам нужна безопасностьв виде решеток, оружия и колючей проволоки. Я не могу держать ее здесь изолированной вечно, как бы мне этого ни хотелось.

Когда не трахаемся, мы с Джульеттой проводим время за рисованием или чтением одной из множества книг, которые нашли в главном доме. Джульетта читает мне Шекспира с театральным британским акцентом, который заставляет меня выть от смеха.

Я ненавижу это чувство. Я ненавижу то, насколько довольным я себя чувствую. У нас здесь так много времени, чтобы исследовать друг друга, открывать друг друга так, как мы не могли раньше. Я уважаю желание Джульетты не кончать в ее влагалище, но кончать в ее задницу или рот, даже хлестать ее по животу или спине своей спермой — все это божественно. Я будил ее своим членом или ртом почти каждое утро, не в силах сопротивляться ее теплу.

Несколько раз я без предупреждения перегибал ее через диван или стойку, срывал с нее одежду и трахал ее, затаив дыхание. Ей это нравится, огонь в ее глазах от того, что я трахаю ее, разгорается каждый раз.

Я мог бы прожить так всю оставшуюся жизнь.

— О чем ты думаешь? — Джульетта лежит обнаженная на животе на кровати и читает, отрывая меня от моих мыслей.

— Я просто подумал, что дождь прекратился.

Она сразу понимает, что я имею в виду, и смотрит в окно.

— О. Думаю, так и есть.

— Но генераторы нужно заряжать, ты же знаешь. Поэтому им понадобится целый день солнечного света, прежде чем я снова смогу завести грузовик.

Джульетта энергично кивает.

— Да, безусловно.

— И, возможно, снова пойдет дождь. — Я указываю на серое небо. — Там, похоже, пасмурно.

— Так и есть.

Некоторое время мы смотрим друг на друга. В конце концов, Джульетта слезает с кровати, пересекает комнату и садится верхом на меня, когда я сажусь в кресло.