Книга Первый Феникс, страница 128 – Анна Гращенко

– Выходит, он служит в Форте, – нахмурился Юра.

– Что? Нет, – решительно отрезал майор.

– Но как бы еще он мог слышать твою присягу?

– Этот мужик – хренов монстр Франкенштейна, шагни он на территорию Форта хоть левой пяткой, хоть правой, хоть целиком – его бы запомнили. Не по виду, так по запаху.

– То есть?

– Левая рука, похоже, не его. Я не видел шва или шрама – эта тварь ходит в мундире, хотя не нашем. Ладно, шмотки потом обсудим. – Он потер глаза. – Короче, у него рука черная. Не в смысле цвета кожи, нет, она будто разлагается. Воняет, как труп трехмесячной давности. И я заметил шрамы от глаз до висков, так что глазные яблоки тоже не его, думаю.

– Звучит хреново, – протянул рядовой.

– Пахнет еще хуже. Но сила его…

– Что?

– Когда я сказал, что он сильный, я имел в виду, что он пиздец какой сильный. – Глеб поморщился. – Гад схватил меня за ногу и просто шарахал о стены, будто я говно на палке. Причем он не прилагал вообще никаких усилий, мне кажется. Если только я резко не похудел килограммов на восемьдесят.

– Оставим это запасной версией.

Краев чувствовал себя сейчас абсолютно слабым и беспомощным. Если то, что рассказал Глеб, соответствует истине хотя бы наполовину – они все находились в глубочайшей яме.

– Спасибо, что нашли меня, – дрогнувшим голосом сказал майор. – Я был уверен, что это конец.

– Пессимист, – улыбнулся Юра.

– Как вам удалось?

– Ну, Лиза откуда-то вызнала, где ты. А я пару раз ездил в то место… э-э-э… отдыхать. И потом, – он замялся, – феникс тебя подлатала. Как-то так вот…

– Есть у меня подозрение, что ты что-то недоговариваешь. – Глеб скрестил руки на груди, скептически уставившись на парня.

Юра открыл рот, чтобы малоубедительно заявить, что майору показалось, но вместо этого рассказал и о том, что случилось в лесу, и о том, что происходило все это время в его голове. Охотник слушал внимательно, иногда выдавая незамысловатое ругательство, способное полноценно выразить степень удивления.

– Передай ей спасибо, – попросил Глеб, когда рядовой закончил.

* * *

Василий шагал в сторону старой многоэтажки, трехметровые потолки которой были одновременно и плюсом, и минусом. Он совершенноне хотел приближаться к этому дому, но других идей у него не осталось. Если генерал не здесь, то искать больше было негде.

– Тебя очень легко найти, – раздался мягкий голос Даши.

– Почему?

Полковник даже не вздрогнул, когда она внезапно появилась рядом из ниоткуда. Девушка едва поспевала за ним, иногда отставала и догоняла бегом. Он не повернулся, но чувствовал, что она улыбается, глядя на его профиль снизу вверх. Такая сейчас настоящая, что Васе хотелось остановиться посреди дороги и не идти вообще никуда, если при этом он будет знать, что она, эта девушка, не исчезнет. Он мечтал посмотреть на нее, сграбастать и замереть, чувствуя, как ее дыхание щекочет шею. Но краем глаза видел, как девушка пыталась дернуть его за рукав, и касания не почувствовал.

– Ну, знаешь, мы ведь… Как же объяснить?.. – Она сосредоточенно потерла мочку уха. – Мир-то у нас один, отражения разные. И мы – тут – вас видим. Но ни поговорить, – ее голос дрогнул, – ни прикоснуться не можем. А вы – даже не видите. И люди как бы и не двигаются. То есть вот пока смотришь – замерли, а когда внимания не обращаешь – все меняется, чтобы было как у вас. Ну, вот видишь, воробьи сухари клюют? – Он кивнул, не глядя в ту сторону, куда она указывала. – У тебя они двигаются, может, уже даже доели все и улетели, а у меня нет. И пока я буду смотреть на них – ничего не изменится, а если отвернусь и на что-то другое посмотрю – улетят, но только я не замечу. Некоторые все еще смотрят, как пирамиды строят, не хотят ничего видеть больше. А некоторые…