Книга Первый Феникс, страница 147 – Анна Гращенко

Пистолет издал тихий щелчок.

«Нет, нет, нет, будь заряженным, будь, пожалуйста, просто, просто будь…»

Она снова нажала на спусковой крючок – вновь ничего – мужик снова с гоготом пинает Глеба – нажала на спуск – лишь щелчок – удар в живот – спуск – ничего – удар.

Выстрел.

Когда единственная пуля разрезала воздух, Лизу толкнуло отдачей назад, а Жека успел бросить на нее насмешливый взгляд. Он удивленно уставился на окровавленное плечо, будто не чувствуя боли.

– Ты что наделала, сука? – зашипел он сквозь зубы.

Найденова нажала на курок еще несколько раз – но безрезультатно, пистолет бесполезен. Она выронила его,когда Жека, еще раз пнув майора, шагнул в ее сторону. Он обнажил желто-черные зубы в ухмылке, расстегивая одной рукой ремень.

Лиза рванулась в сторону, но тут же упала, ощутив, как горят легкие. Дышать не получалось.

– Не сбежишь, – прохрипел Жека, подойдя к ней.

Он прекратил петь, и девушка с громким хрипом сделала вдох: она с трудом хватала ртом воздух, пытаясь встать.

– Нет, нет, приляг, – ухмыльнулся мужчина, опустив ногу на ее шею.

Он ради веселья переносил вес на эту ногу, глядя, как она хрипит от боли.

– И что же мне с тобой делать, девочка? – засмеялся он, надавливая на ее шею чуть сильнее.

Кровь из раны в плече медленно струилась по руке и, упав на сухую землю обочины, тут же впитывалась. Лиза поджала ногу и сделала резкий выпад, надеясь попасть по его бедру, но в итоге лишь махнула ногой в воздухе. Сжав руки вокруг его щиколотки, со всей силы давила на мягкую впадинку между костями, впиваясь ногтями в сухожилие, но Жека тут же снова перенес вес всего тела, едва не сломав ее шею.

В глазах темнело. Еще несколько секунд она слышала его гадкий смех и какую-то возню – судя по всему, он стягивал штаны – но ни пошевелиться, ни открыть глаза не могла. Приказывала мозгу снова пробовать отбиться, продолжать царапать его сальную кожу и бить по колену – но тело не слушалось. А он только продолжал давить на шею и хохотать.

Глухой удар.

Воздух вернулся в легкие как-то мгновенно – но дышать было больно. Лиза медленно коснулась шеи – никто не давил.

– Эй, цела? – хриплый голос Глеба.

Майор опустился рядом и помог ей приподняться. Та моргала и морщилась, глубоко дыша и не понимая, что произошло, пока наконец не увидела лицо охотника и не бросилась ему на шею.

Целую минуту они просто сидели, обняв друг друга и глубоко дыша. Охотник крепко прижимал девушку к себе, внимательно слушая ее тяжелое дыхание. Лиза не плакала и не дрожала – в какой-то момент она уже приняла и его смерть, и свою. А сейчас, когда он, такой теплый и настоящий, сжимал ее плечи, она чувствовала себя растерянной. И ужас, пронизывавший ее тело только что, не имел уже никакого значения.

– Испугалась?

– Я думала, ты умер.

– Я тоже так думал, – ухмыльнулся Глеб. – И он тоже, наверное. Но я же говорил – как тараканы.

Лиза вздрогнула, резко выпрямилась и оглянулась: мужчина лежал в нескольких метрах от них посреди растущей лужи крови. Из его головы торчал металлический штырь.

Глеб аккуратно повернул ее лицо, заслонив ладонью глаза:

– Не смотри.

– Откуда палка?..

– О, точно. – Глеб посмотрел вокруг. – Куда делся?..

– Кто?

– Меня в чувство мужик какой-то привел, лом дал. Не знаю, кто такой. – Он мотнул головой. – Рыжий, лет пятьдесят. Хрен знаю, куда умотал. Поехали отсюда.