Книга Академия трех миров, страница 92 – Марго Генер

– Я всегда могу этот момент исправить. Но мне хочется знать, какая муха тебя укусила, если ты среди бела дня решилась в одиночку подняться на этаж пятикурсников в отделение навников. Раньше ты стеснялась и боялась. Что изменилось?

Я выдохнула и призналась:

– Ну, если честно, кое-что есть.

– Я так и думал.

– Но обещай мне, что не будешь орать и не сдашь меня ректору и деканату.

Драган чуть нахмурил брови.

– Теперь ты меня пугаешь.

– На самом деле, – начала я, – ничего такого. Просто я… гм… Дала волю своей черной силе.

Глаза Драгана округлились, он снова отстранился и усадил меня на кровать, наклонившись вперед со всем вниманием.

– Так. Это меня, безусловно, радует, – сказал он. – Но что конкретно ты сделала?

И я, как на духу, рассказала обо всем, что произошло в лесу. Пока навник меня слушал, выражение его лица поменялось несколько раз от восхищения и радости до мрачной задумчивости и обреченности. Когда я закончила, на нем застыла печать чего-то такого, чего я объяснить не смогла. Но выглядел он крайне озадаченным и, кажется, удрученным. Прежде чем заговорить, он выждал минуты три и лишь тогда сказал медленно и с расстановкой:

– Значит, ты… Говорила с самим Чернобогом? Я верно тебя понял?

– Абсолютно.

– И он пообещал тебе защиту, несмотря на то, что ты не тольконавник, но и правник?

– Именно так.

– Немыслимо… – прошептал Драган и, уперевшись локтями в колени, ошарашенно уставился в пол.

Я его замешательства не поняла и только пожала плечами.

– Не вижу ничего такого. Ты сам говорил, что черную силу во мне стоит развивать.

– Одно дело развивать способности, – все так же отстраненно ответил Драган, – другое – когда с тобой говорит сам повелитель Нави. Когда ты навник, ты не можешь ему отказать… А у тебя был выбор…

– И я его сделала. Тем более Чернобог совсем не страшный, – отмахнулась я. – Не понимаю, почему вы, навники, так перед ним трепещете.

Глаза Драгана округлились, он торопливо проговорил:

– Осторожней в выражениях, Есения!

– Ой, да ладно тебе, – засмеялась я. – Лучше поцелуй меня наконец.

И Драган поцеловал. И даже больше. Но в этот раз, несмотря на всю страсть и пыл, которые вспыхнули во мне из-за черной стороны силы, показалось, что навник со мной не до конца, что он витает где-то еще, и мысли его заняты не только мной. Впрочем, наверное, мне показалось.

В эту ночь я не вернулась к себе в комнату, уснув в объятиях навника. Я вновь стояла на тропе в лесу, но свет ее значительно померк, зато коронованная луна сияла, как неистовый прожектор. Возможно, я бы пошла к ней, если бы мне в нос не ткнулось что-то мокрое и холодное.

Открыв глаза, я обнаружила перед собой недовольную морду Рыси. Она тыкала мне в лицо носом и недовольно сопела. Увидев, что я проснулась, она села рядом на кровати и произнесла:

– Нет, вы посмотрите на нее. Я, значит, ее жду, а она даже не соизволила сообщить о возвращении.

– Рыся, ты откуда тут взялась? – спросонья потирая глаза, спросила я и села.

– Ты забыла? Я же почившая и могу ходить сквозь стены, – деловито заявила кошка. – Так вот, сударыня, я все еще жду ответ на мой вопрос. Что это за выходки?

Я свесила ноги с кровати на пушистый коврик и ответила:

– Я совершеннолетняя. Могу делать, что хочу.

– Совершеннолетний – это тот, у кого мозги на месте и кто отвечает за каждое свое действие, – безапелляционно заявила Рыся. – Судя по тому, что ты выкинула, до совершеннолетия тебе еще расти и расти.