Книга Изгнанник Ардена, страница 218 – Софи Анри

Сотни удивленных взоров устремились на нее, когда она, приложив немало усилий, содрала с горла ожерелье, больше похожее на рабский ошейник. Она отбросила его на пол, явив гостям изуродованную иссиня-черными следами шею.

Орион хотел схватить ее, чтобы с силой усадить обратно, но у нее неведомо откуда появились силы и она увернулась.

Адалина сделала несколько шагов вперед, чтобы больше никто не посмел ей мешать.

– Я считаю его недостойным короны. – Хотя ее голос звучал хрипло и скрипуче, в звенящей тишине ее слышал каждый присутствующий.

Она посмотрела на Стефана, чье лицо исказилось от гнева и ненависти, и впервые не испытывала и толики страха.

Она не одна. И больше никогда не будет.

– Стефан не настоящий сын Танната Адесто. Его единственной выжившей дочерью являюсь я. И у меня есть доказательства.

И тут начался хаос.

После того как Адалина объявила, что законной наследницей Танната Адесто была она, а не Стефан, в зале поднялся переполох сродни тому, что несколько месяцев назад устроил Тристан, когда привел на Великий совет короля Алана, которого все считали смертельно больным.

Верховный служитель жестом подозвал своих послушников, чему Тристан был только рад. Ему хотелось оказаться поближе к Адалине. Рядом с ним неслышно ступал Дерек – один из самых искусных воинов гильдии.

Когда они бесшумно прошли вдоль стены и остановились у края помоста, Тристан не сдержался и повернулся в сторону Адалины. В тот момент его затопила такая сильнейшая боль, что он лишь чудом устоял на ногах. Ее шея отекла и почернела от множества синяков. Вот почему она говорила так тихо.

«Что они с тобой сделали, девочка моя?»– мысленно вопрошал он, умирая от чувства вины, потому что не смог ее защитить.

Белила размазались по лицу и теперь не скрывали ее родинки над губой. Она выглядела бледной, исхудавшей и очень напуганной, но в ее темных глазах полыхало неистовое пламя.

– Что за чушь ты несешь, наглая девчонка? – возмутился лорд Моро, и его поддержали гулом одобрительных голосов.

Тут на защиту Адалины встал Рэндалл.

– У меня есть доказательства правоты ее слов.

Тристан усилием воли отвел взгляд от Адалины и с ненавистью посмотрел на Стефана, чье лицо исказилось от ярости и испуга.

Рэндалл подал знак сидевшему в зале Бернарду, и тот в сопровождении Закарии направился к помосту, на ходу вытаскивая из-за пазухи свиток с королевским указом. Бернард побрился, надел темно-каштановый парик, как у Стефана, и дорогой камзол, от чего их поразительное сходство было видно невооруженным глазом.

Пока Бернард рассказывал историю своей матери, не забыв при этом передать свиток с королевским указом Верховному служителю, Стефан пытался сохранять на лице снисходительное равнодушие, но бледность и трясущиеся губы выдавали его с головой.

Члены Королевского совета поднялись на помост и признали, что документ подлинный, а почерк принадлежит покойному королю.

В зале царили суматоха и хаос, которые усилились во сто крат, когда слово взял Рафаэль – лекарь покойной супруги Танната.

Людям Тристана все же удалось найти его. Он не покидал пределов королевства, лишь притаился в тихой деревушке, ожидая, когда Стефана свергнут.Рафаэль признался, что это он спрятал письмо Танната на кладбище, потому что передать его Адалине лично струсил. Только после заверений Тристана, что Стефан будет свергнут, а жизни его не грозит опасность, Рафаэль согласился свидетельствовать против в день коронации.