Книга Принц Ардена, страница 136 – Софи Анри

Борясь со смущением, Аврора начала рассказывать:

– Бабушка всегда говорила, что надо обращать внимание на фигуру мужчины и на то, как он ест. Если мужчина толстый и много ест, значит, его телом правит лень, и из него выйдет плохой муж. Если же мужчина ест много, но при этом худой и поджарый, – его телом правит сила, и он станет хорошим мужем.

Аврора залилась румянцем. Рэндалл проглотил остатки булочки, сверля ее странным взглядом, а потом так звонко рассмеялся, что она невольно хихикнула. Его смех прервал очередной приступ кашля.

Откашлявшись, Рэндалл серьезным тоном сказал:

– У нас тоже есть такая притча, только ты неверно растолковала бабушкины слова.

– О чем ты?

– Там подразумевается не обычная сила, а мужская, Аврора, – хрипло произнес он. – И если мужчина худой, но со зверским аппетитом, значит, и в постели у него будет такой же непомерный аппетит, а он станет хорошим любовником.

Рэндалл окинул Аврору опаляющим взглядом, от которого ее бросило в жар. Она смущенно опустила глаза, не зная, куда деть себя от стыда. Она почувствовала пальцы Рэндалла на своей щеке и несмело подняла взгляд. Он медленно провел подушечкой большого пальца по ее губе и тихо прошептал:

– Никогда не видел, чтобы девушка таккрасиво смущалась.

В ее голове раздался тихий звон. Кажется, это было сердце, которое не справилось с напором хлынувших чувств, ранее ему не ведомых. Аврора чувствовала, как Рэндалл водит пальцем по ее губам, и не могла оторвать глаз от его губ. К ним вернулся привычный алый оттенок, сейчас они были влажными после выпитого чая. Аврора тихо вздохнула и прикрыла глаза, не в силах выдержать сладкую мучительную пытку. Рэндалл приблизился к ней и опалил своим горячим дыханием и пьянящим ароматом ее губы.

– Аврора, – словно спасительную молитву прошептал Рэндалл и невесомо коснулся ее рта. Она собралась было ответить на прикосновение, обвить руками его шею, ощутить прикосновение горячего языка к своим губам и улететь в небо от счастья, но громкий стук в дверь с силой схватил упорхнувшую ввысь душу и потянул вниз.

Аврора испуганно открыла глаза и отстранилась. Рэндалл раздраженно вздохнул и громко произнес:

– Войдите!

Счастье Авроры нарушила чета Греев. Они пробыли в их покоях недолго: справившисьо здоровье принца, они быстро ушли, – но тот волшебный миг был безвозвратно утерян. И Аврора чувствовала горечь досады. Но даже это не смогло испортить ее настроения.

Ведь это был их день.

Аврора и Рэндалл пролежали в обнимку до самой ночи, разговаривая обо всем на свете. Точнее, говорила Аврора, а он молча слушал ее истории о детстве. Время от времени Рэндалл проваливался в тревожный болезненный сон, и тогда Аврора яснее ощущала, что он еще слишком слаб. И только когда он засыпал, она снова бралась за свои отвары и настойки и растирала его обнаженную грудь, чтобы не смущать его своей заботой, пока он бодрствовал.

– Тогда у обрыва ты назвала меня Рэй. Почему? – спросил он, когда они лежали в обнимку.

Аврора почувствовала, как снова краснеет. Она спрятала лицо у него на груди и тихо ответила:

– Не знаю. Мне давно хотелось назвать тебя так.

Рэндалл усмехнулся.

– Больше не буду, если тебе это не по нраву, – проворчала Аврора с досадой в голосе.

– Нет, я хочу, чтобы ты звала меня только так, но с одним условием.