Книга Принц Ардена, страница 63 – Софи Анри

Рэндалл быстро подхватил ее и легко, будто Аврора была пушинкой, поднял на руки.

– Отпусти меня, – обессиленно прошептала Аврора. – Отпусти немедленно, несносный южанин.

– Душа моя, впереди нас ждет много времени на обмен любезностями. Так что прибереги свой яд, сейчас тебе нужен крепкий здоровый сон.

Рэндалл отнес ее в ее покои. Аккуратно уложив Аврору на кровать, он поставил лампу на стол и тихо, чтобы не разбудить служанку, начал перебирать склянки со снадобьями. Отыскав нужный пузырек, он поднес его к губам Авроры.

– Пей, это поможет уснуть.

Аврора послушно выпила содержимое и откинулась на подушки.

Рэндалл, забравшись с ногами, сел у изголовья кровати.

– Почему ты не уходишь? – Аврора отодвинулась от Рэндалла и положила между ними подушку.

Рэндалл усмехнулся, наблюдая за ней, и тихо прошептал:

– Хочу проследить, чтобы ты уснула, а не отправилась в очередное ночное путешествие по замку.

Аврора хотела быловозразить, но снадобье уже подействовало, и она молча прикрыла глаза. Сквозь сон она слышала, как Рэндалл напевает себе под нос грустную песенку. Низкий бархатный голос подействовал на нее как дурманящее снадобье. Но, в отличие от снадобья, этот голос не скрывал все ее эмоции под толстым стеклянным куполом. Он нежно, но умело усмирял страх, гнев и всепоглощающую боль, вселял покой и надежду на лучшее.

Они отплыли от Колдхейма три дня назад. За это время Аврора ни разу не покинула свою каюту. Каждый вечер камердинер южного принца приносил ей записку от его господина, но Аврора даже не удосуживалась читать их. Все те дни она лежала на кровати – либо спала, либо бесцельно взирала в потолок. Она отказывалась от еды, а единственной ее пищей стали отвары из дурманящих трав, которые надежно сдерживали бушующий океан мрачных эмоций.

– Моя госпожа, прошу вас, прекратите пить эти травы, вы только погубите свое здоровье. Поешьте суп, вам нужно набираться сил. – Тина в очередной раз завела свою печальную шарманку, когда Аврора присела на кровати и потянулась за пузырьком со снадобьем.

– Отстань, Тина. Я не хочу ничего чувствовать.

Аврора вспомнила, как проревела, уткнувшись в подушку, всю ночь, после того как корабль покинул порт Колдхейма. Перед глазами так и стояли лица дядюшки с тетушкой, ее любимых братьев. Благо, среди них не было Герольда, который покинул Колдхейм раньше, отправившись куда-то по поручению царя.

Поднявшись на палубу корабля, Аврора долго всматривалась в очертания Ледяного замка и Древнего леса. Смешанные чувства обуревали ее. Буквально за несколько дней все идеалы о северном народе и крепких семейных узах рухнули, как карточный домик. Север растоптал ее, унизил и изгнал. Но даже после этого она не могла выкорчевать из своего сердца глубокую привязанность и любовь к родному дому. Ее сердце будто лишилось важной опоры, дающей ему силы. Развалилось на кусочки, и некому было собрать эти жалкие останки воедино. Аврора устала от боли, от раздирающего чувства тоски, от страха и собственной никчемности, а потому предпочитала не чувствовать вообще ничего.

Очередной пустой пузырек со звоном отправился в мусорную корзину возле кровати, и Аврора обессиленно опустилась на подушку. Она ощущала на себе неодобрительный взгляд Тины, полный печали.

Служанка неспроста беспокоилась о состоянии Авроры. Частое употребление дурманящих средств, да еще и на пустой желудок, грозило серьезными проблемами. Но Авроре было плевать. Если она умрет, возможно, так будет лучше для всех.