Книга Двойной латте в дождливый день, страница 177 – Софи Анри

Я в ужасе покосилась на сумочку, словно там лежал не новенький айфон, который я считала подарком матери, а детонатор бомбы.

– Врешь! – выкрикнула я, отпрянув на самый край лавки и случайно сбросив туфли на землю. – Она бы ни за что не отпустила меня на встречу с тобой! Она полностью контролирует мою жизнь, опасаясь, что из-за своего легкомыслия и глупости я могу случайно выдать наше местоположение и ты нас найдешь.

– Она боялась, что, узнав правду, ты возненавидишь ее, и всеми силами старалась отсрочить день нашей с тобой встречи.

– Это невозможно!

– Вайнона…

– Нет! Из-за постоянных переездов и страха, что в любой момент мы можем сорваться с насиженного места и снова оказаться перед лицом неизвестности, я никогда не могла найти друзей, не могла пригласить кого-нибудь в гости, не чувствовала себя как дома ни в одном месте. И только в последний год моя жизнь немного наладилась. Мама перестала контролировать каждый мой шаг, я начала свободнее дышать… А теперь ты говоришь, что вся моя жизнь была ложью?

– Линда ослабила вожжи, потому что я пригрозил ей. Думаешь, почему она так легко согласилась на твои отношения с тем парнем? Рэйденом, кажется?

Забыв про туфли, я поднялась со скамейки и попятилась назад, ступая босиком по нагретому майским солнцем асфальту.

– Вайнона… – Папа встал и сделал шаг навстречу ко мне. – Я понимаю, тебе сложно все это переварить. Мы с Линдой действительно виноваты перед тобой, но мы оба любим тебя, и каждый из нас проявляет эту любовь так, как умеет.

Я покачала головой.

– Вы оба законченные эгоисты, папа, – процедила я сквозь зубы. – Из-за своих обид и неумения доверять друг другу вы превратили мою жизнь в гребаное кино с драмой и погонями, а я просто хотела… – Я покачала головой: – Впрочем, не важно, чего я хотела. Важно, что я узнала правду и… И теперь с чистой совестью могу сказать вам обоим…

Папа в недоумении нахмурился.

Я достала телефон и набрала маму. Через несколько гудков она ответила на звонок, и я включила громкую связь, неотрывно глядя в печальные синие глаза отца.

– Алло, Айви?

– Мама, папа говорит правду?

На линии воцарилась звенящая тишина, и через несколько секунд мама едва слышно произнесла:

– Да… Айви, прошу, дай мне все объяснить. Приезжай домой, и мы все обговорим.

– Когда-нибудьпоговорим, – ответила я. – А сейчас… Идите вы оба к черту. – Я сбросила звонок, а потом положила телефон на асфальт. – Мне были нужны родители, а не дорогие подарки. Понимающая и любящая мама, а не надзиратель, который видел только мои недостатки. Заботливый и поддерживающий отец, а не Джеймс Бонд, который откуда ни возьмись свалился мне на голову.

– Вайнона, пожалуйста, дай нам шанс все исправить. Наши дороги с Линдой давно разошлись, но ты – наша дочь, и мы не хотим тебя терять.

«Я не хочу тебя терять»,– так говорил Рэйден, и его словам я верила.

– Если вы действительно хотите все исправить, то оставьте меня в покое. Вы оба. И передай это маме, потому что в ближайшие недели я ее ни видеть, ни слышать не хочу.

С этими словами я развернулась и зашагала босиком в сторону остановки.

Отец не последовал за мной. Как бы больно ни было это признавать, но у нас с ним всегда была особенная связь – более крепкая, чем с мамой. И он понимал, что сейчас ему нужно меня отпустить, чтобы не потерять окончательно.