Книга Четверо за спиной, страница 74 – Анна Михайлова

- А надо было. Потом досплю.

- Ничего, время есть. А ты устала сильно.

- Главное – вот он, результат, - киваю на подводу.

Подоспел Добрыня с кружкой взвара и куском хлеба. Костры уже потушены, горячего в лагере не было. Но мой заботливый помощник припрятал краюху, чтоб меня накормить. Смотрел, как всегда, улыбчивыми глазами, но с толикой опасения, что ли?

- Добрыня, что?

- Командир, в лагере такое бают …

- Поменьше слушай. По приезду все сама расскажу. Чтоб сплетни не собирали, - я запихнула в рот последний кусок хлеба и вернула ему кружку, - все, по коням.

С короткими передышками, чтобы не загнать совершенно лошадей, мы вернулись в Миргород. Беригора, все также мирно спящего, сгрузили в его доме под присмотром вившегосякоршуном Хелига. Расстарался волхв, чтобы беспокойный пациент не бузил в дороге.

На княжий двор мы заехали под приветственные крики сбежавших домочадцев. Своих орлов я отпустила сразу, пусть сдадут лошадей и идут отсыпаться. Всех вернула живыми и здоровыми – и то хорошо. Первым делом я, под счастливые визги Смешки, отмокала в ванной. Моя трещотка видимо и правда соскучилась, села возле лохани на низенькой скамеечке и не останавливаясь тараторила последние новости. Напрягло меня, что в мои покои пыталась челядинка княжон проникнуть. Неужели Чаяна никак не угомонится? Надо будет с ней с глазу на глаз переговорить, чтоб или напрямую сказала, что ей неймется, или напугать, чтоб седьмой дорогой обходила.

По княжьему терему уже начали ходить слухи, что княгиня подумывает женихов старшенькой подыскать. Может поэтому бледная немочь нервничает? А про меня зачем вынюхивает?

И вдруг у меня появилась неожиданная мысль. Ранее я не принимала в расчет властные амбиции маменьки. Но ведь если Велеслав не обзаводится наследником, всегда можно выдать дочь и стать регентшей при ее малолетнем внуке. И вот тут возникает масса вопросов. А куда в таком случае денется сам князь? Неужели – дворцовый переворот в самых лучших кровавых традициях? Тут же вспоминаются слова боярина Гордея, о готовности сгноить меня в застенках. А не он ли кандидат в женихи? Боярин трусоват, Чаяна дальше прялки ничего не смыслит. У Дивляны будут развязаны руки. Довольно неприятная картина вырисовывается.

А главное – под удар может попасть весь ближний круг князя, и я в том числе. Надо бы с Драгом переговорить на этот счет. Может все не так мрачно?

Хотя тут Смешка огорошивает меня слухом о том, что старшенькая к кому-то уже неровно дышит. И когда успела? Нужно выяснить, кто он и на чьей стороне окажется. От этого может зависеть в том числе и моя жизнь.

- Смешик, осторожно разузнай, кто Чаяне нравится.

- Хорошо, госпожа. А зачем тебе это?

- Может помочь захочу? Вдруг Чаяна замуж выйдет и угомонится. А то житья от нее нет.

Болтая со Смешкой, я расслаблялась и лениво составляла планы на завтра: утром тренировка, потом надо будет махнуть к травнице, кузнеца проведать, плотника, малыша Щавея к вечеру не забыть бы послушать. Эх, такими темпами мне скоро секретарь с ежедневником понадобиться.

Только я помылась да в порядок себяпривела, как слуга за мной пришел: князь вечерять желает да послушать про поездку успешную. Пытаясь скрыть раздражение, натягиваю одежду, заплетаю с помощью Смешки волосы и тащусь за служкой. Отказаться нельзя, хотя с большим удовольствием провалялась бы в кровати, да ближе к ночи спустилась потренироваться. Обычно я так и делаю, преподаватель не должен быть хуже своих учеников. А потому в полумраке двора до седьмого пота качаю мышцы и отрабатываю технику.