Книга Метод Кавана, страница 105 – Кира Уайт

– Тебя это не убедило? – мрачно любопытствует Кейд.

– Нет. Как и знакомство с Эдвардом, который, впрочем, на первый взгляд показался довольно приятным парнем. – Делаю глубокий вдох и протяжный выдох, прежде чем продолжить. – Мне было семнадцать, Кейд, и я всю жизнь жила в золотой клетке с вечной охраной под боком. Я даже ни с кем не встречалась, а тут сразу замужество. Отец и дед наседали не переставая, и в конце концов я сдалась. Вышла замуж и уехала в столицу.

Замолкаю, погрузившись в воспоминания.

– И что было дальше? – спрашивает он пару минут спустя.

Отрываю взгляд от цветка, который все это время бездумно разглядывала, и перевожу на Кейда.

– Поначалу все шло нормально, мы с Эдвардом сближались, понемногу узнавая друг друга. А потом кто-то сообщил ему правду о моей семье, и он вышел из себя. Преданный закону до глубины души, Эдвард был оскорблен тем фактом, что его обманом женили на наследнице преступной группировки.

– Что он сделал? – негромко интересуется Кейд, неотрывно глядя мне в глаза.

– Занялся выяснением обстоятельств, – признаюсь едва слышно.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурившись уточняет он.

Против воли вспоминаю темный подвал с осклизлыми стенами, холодный пол, которого касались босые ступни, боль в вывернутых плечах и запястьях, скованных за спиной и пристегнутых к жесткому металлическому стулу, а также нехватку кислорода, когда раз за разом лицо заливал поток ледяной воды из гибкого шланга.

– Он пытал меня, – сообщаю коротко, не желая вдаваться в подробности. – Хотел узнать правду, и чтобы я сдала подноготную своих родственников.

Пальцы Кейда сжимаются в кулаки, и я перевожу внимание с его рук на лицо, которое приняло жесткое выражение.

– Ты не сдала?

Горько смеюсь.

– Сдала бы, если бы знала хоть что-то. Но для меня отец и дед были всего лишь богатыми инвесторами. О их причастности к криминалу я понятия не имела, о чем и говорила Эдварду раз за разом. В конце концов он сжалился. Пока я была взаперти, на Бертрама и Андреаса свалилась куча проверок,которые они успешно прошли, а Шеффилд так и не получил достаточных доказательств для того, чтобы отправить за решетку хотя бы одного из них.

Замолкаю и смотрю в пространство перед собой, возвращаясь в то время, когда единственное, чего мне хотелось, – расстаться с жизнью.

– Что случилось с тобой после?

– Меня отправили к родителям. После случившегося не могло идти и речи о жизни в браке с пытавшим меня человеком. Но и дома мне не были рады, как и я возвращению в семью. В первый же вечер за ужином я попыталась выяснить, правда ли то, что говорил мне Эдвард. Дед подтвердил его слова, и я слетела с катушек. Не помню уже, какими проклятиями их осыпала. Бросилась на Андреаса с ножом и даже сумела его ранить, потому что он такого не ожидал. Сразу после этого меня выставили за порог, не желая иметь со мной ничего общего ведь я… Я! Опозорила семью. Да я и сама не хотела ни на минуту оставаться среди людей, которые ставили свои желания выше моего благополучия. Поэтому ушла. И шла так долго, как только позволили силы.

Между нами повисает тишина, оказывающая гнетущий эффект. Уверена, это чувствую не только я, но и Кейд. Он же первым ее нарушает:

– Как ты справилась?

Медленно качаю головой, опуская уголки губ.

– А я не справилась. Несколько дней скиталась по не самым благополучным районам, ничего не ела и ни с кем не разговаривала. У меня не было желания бороться даже тогда, когда на меня набросились какие-то отморозки в подворотне. Тогда появилась Мэй. Она отбила меня у них и забрала к себе, а затем постепенно вытащила со дна и подарила желание жить дальше. Если бы не она, я бы умерла.