Книга Дитя для двух королей, страница 86 – Надежда Олешкевич

– Оденься и иди за мной, – сказал ей и покинул комнату.

Талья стояла в стороне и улыбалась. Смотрела на меня тепло, мягко, словно… любя.

Снова. Как кувалдой по голове и ей же под дых. Оглушающе. Сильно. Звонко!

– Спасибо, – поблагодарила она, и это показались самые чистые слова в моей жизни.

Будто глоток свежего воздуха в застоявшемся смраде обыденности. Светлая, другая. Моя… Она вытаскивала меня из грязи, уже тянула руку, чтобы схватить и ни за что не отпускать. Потому что теперь будет рядом, каждое утро просыпаться со мной, что-то говорить глупое и совершенно ненужное. Наказывать нежностью. Изводить своей сладостью. Бороться со мной, находить правильные слова, влиять и ставить на колени. Хотя уже поставила.

И ведь готов опуститься. Потому что сам хочу, потому что нравится. А ведь это совсем не слабость, оказаться у чьих-то ног.

– Идем, подождем ее на улице, – протянул я руку и вывел свою женщину из казармы.

Рывком притянул к себе, впился в губы и целовал долго и ненасытно. Показываясвое намерение, доказывая привязанность, обозначая позицию.

– Еще не успел сказать, что…

– Простите меня, будущая королева, – вывалилась из дверей казармы Офелия, и сразу на колени, лбом в землю. – Я не знала, что делала. Меня затопило ревностью, я была не права. Прошу, не надо больше. Я готова служить вам верой и правдой, больше никогда… Честно!

– Королева? – усмехнулась Талья и посмотрела на меня, ожидая увидеть поддержку, но моментально все поняла. – Королева? – Переспросила теперь у меня.

– Вот тебе ответ, моя маленькая шлюшка, – последнее я добавил ей на ухо, потому что такая, развратная и ненасытная она будет только для меня, со мной.

*Давир Эберон*

– Мой повелитель, в наших руках еще одна чистая. Она пыталась сбежать через пространственный туннель, но мы ее вовремя схватили.

– А первая заговорила? Дала хотя бы нелепое объяснение, почему совсем недавно работала у моей сестры, а теперь появилась во дворце? – оторвался я от чтения древних рукописей, которые удалось откопать в недрах городского книгохранилища.

Ценная находка, но ее недостаточно, чтобы прояснить момент с гранью и другим миром. Только размытые фразы и предположения. А еще было упоминание о едином тоннеле, видимо, так назывался пространственный.

– Нет, молчит баба, словно язык проглотила. Может, вправду проглотила? Надо бы проверить, – нахмурился Лой, глава тайной канцелярии.

– Проверь. А вторую не допрашивайте. Разденьте догола, осмотрите руки, ноги, волосы, киньте ей какую-нибудь тряпку прикрыться, чтобы дать мнимое ощущение защиты. Они ведь чистые, нетронутые. Думают, что их тело – это храм. Не оскверняйте храм. Пусть посидит пару дней в темнице, а потом я сам к ней приду.

– Будет сделано, мой повелитель.

– Или не через пару дней, – пробормотал себе под нос, постукивая пальцем по столешнице.

Нервничал, что для меня несвойственно. Понимал, что Наталье самой не удастся вернуться, потому что псих с арис не будет никого слушать и сделает так, как ему заблагорассудится. Не захочет отпускать ее. Это станет их камнем преткновения. Уверен, моя леди разозлится, окончательно поймет, что он – не ее судьба, и приложит все усилия, чтобы попасть обратно ко мне.

Но как тут усидеть на месте?

Забрать бы ее лично, чтобы вторая метка не зажила. Правда, вся суть в том, чтобы дать Наталье свободу, к которой стремится, позволить выбирать то, что мне нужно. Меня! Показать, каков на самом деле самовлюбленный придурок, и оказаться в нужный момент рядом.