Книга Дитя для двух королей, страница 9 – Надежда Олешкевич

В паху звенело от напряжения. Голова напрочь лишилась мыслей. Этот взгляд…

А цепь натягивалась, притягивала меня к Талье, заставляла все больше подаваться вперед.

Шевеление пухлых губ возле чужого уха. Неясный шепот. Полуулыбка. Девушке удалось взять меня под контроль, сжать в кулак яйца и сжимать до скрежета зубов. Именно так сейчас было. Больно, невыносимо, сладко.

Ее взгляд…

Хочу!

Я сорвался. Подхватил ее на руки. Не обратил внимания на упавшую от внезапной свободы Мирию, на ее жалобный возглас:

– А как же я?

– Теперь ты точно будешь наказана, – прорычал я, не в состоянии скрыть возбуждение, и понес свой трофей подальше от чужих глаз.

– Надеюсь, наказание мне понравится.

– Недавно ты его боялась.

Шаги, эхом отражающиеся от стен. Тяжелое дыхание. Девушка в моих руках, возбудившая до невозможности. Дверь, которую я пнул ногой.

– Просто поняла, что лучше не противиться, – с какой-то натянутой улыбкой ответила Талья и охнула, стоило бросить ее на кровать.

Я смотрела в зеркало и видела, как по лезвию ножа стекала кровь. Моя кровь. Она капля за каплей скрывалась под рукавом одной из сестер-прислужник, расползалась на полупрозрачной ткани бордовым пятном.

Грудь высоко вздымалась от страха. В ушах звенело от понимания, что от одного неловкого движения моя жизнь может оборваться. И холодное оружие у моего горла было тому веской причиной.

– Куда-то собралась, Талья? – с ярко выраженным презрением спросила девушка.

А ведь все так хорошо шло. Я смогла получить отказ правителя, решила честно спрятаться до окончания пира и потом сказать монахиням, что не подошла ему. Значит, моя миссия закончилась, едва начавшись. Даже скрылась в ближайшем коридоре, чтобы попытаться выяснить хоть крупицы ценной для меня информации об окружающем мире или просто исчезнуть из поля зрения моего «конвоя», но вдруг почувствовала холод металла на коже и посмотрела в попавшееся на глаза овальное зеркало.

Кровь… Моя!

Никогда мне не было настолько страшно, что невозможно дышать. Я словно лишилась голоса, способности видеть, слышать. Дрожала.

– Джианна, Роузи, Аалия, Эмма, Улия. Запомни их. Это имена моих сестер, которые потеряли жизнь ради твоего перемещения в Элион. Запомни каждое и моли Многоликую Алианду, чтобы смыла их кровь с твоих рук.

– Не я их убила, – голос показался чужим, тонким и сиплым.

– Но ты стала причиной! – яростно зашептала монахиня, все вжимая нож в мою шею. – А теперь посмотри мне в глаза и скажи, как сильно я хотела бы отомстить за них?

В горле встал вязкий ком. Руки показались ледышками. А кровь капала, капала, капала, доводя меня до исступления.

Я не хочу умирать. Не сейчас, не здесь. Не так! И Вика, сестричка моя, как она без меня, выживет ли? Мой бывший муж, могилка мамы, за которой ухаживала раз в месяц, магазинчик цветов на углу. И столько всего, чего я не успела сделать.

Мои карие глаза горели на фоне бледной кожи. Ярким пятном оставалась стекающая по острию ножа кровь. Голова кружилась от страха. Я едва стояла, с трудом цеплялась за сознание, чтобы не лишиться чувств. А ведь не являлась неженкой. Достаточно стойко встречала любые напасти.

И умершего ребенка в моем утробе, и отстраненность любимого мужа, который не поддержал в самый трудный момент, и затянувшуюсяболезнь матери. Долги, работа в три смены, оплата учебы сестры.