Книга Альфа и Омега, страница 31 – Патриция Бриггз

Все эти волки выглядели как модели, рекламирующие смокинги в магазине проката. Худые и подтянутые, без складки жира, которая могла бы испортить линии пиджака. Несмотря на разный цвет кожи в них было определенное сходство.

Изабель улеглась на каминную полку и тяжело вздохнула.

Чарльз проигнорировал ее нетерпение, потому что сейчас не она была важна, а Лео.

Он встретился взглядом с альфой и сказал:

— Маррок послал меня сюда выяснить, почему ты продал своего ребенка в рабство.

Очевидно, это не тот вопрос, которого ожидал Лео. Изабель подумала, что он приехал из-за Анны, и Чарльз не стал ее разубеждать. Он разберется и по поводу Анны, но лучше начать с вопроса отца, потому что тот был неожиданным.

— У меня нет детей, — ответил Лео.

Чарльз покачал головой.

— Все волки в твоей стае — твои дети, Лео. И ты это знаешь. Их нужно любить и кормить, охранять и защищать, направлять и учить. Ты продал молодого человека по имени Алан Маккензи Фрейзер. Кому и почему?

— Он не был в стае. — Лео развел руками. — Содержать такое количество волков в большом городе стоит много денег. Мне нужны были деньги. Я с радостью сообщу имя покупателя, хотя думаю, что он всего лишь посредник.

Он не лгал. Но Лео очень осторожно подбирал слова для своего ответа.

— Мой отец хотел бы узнать имя и способ, который ты использовал, чтобы связатьсяс покупателем.

Лео кивнул одному из красивых мужчин, который прошел мимо Чарльза, опустив глаза в землю, хотя на мгновение задержал взгляд на Анне. Она прижала уши к голове и зарычала.

«Она берет с меня пример», — с радостью подумал Чарльз.

— Я могу тебе еще чем-нибудь помочь? — вежливо спросил Лео.

Все волки Лео использовали трюк Изабель с духами, но у Чарльза был острый нюх, и от Лео пахло… печалью.

— Ты не обновлял членство в стае пять или шесть лет, — сказал Чарльз, удивляясь реакции Лео. Его встречали с вызовом, гневом, страхом, но никогда с грустью.

— Я так и думал, что ты это поймешь. Вы с Анной сравнивали списки? Да, у меня было что-то вроде попытки государственного переворота, которую мне пришлось подавить немного жестко.

Правда, но опять же не вся. Лео, как юрист, понимал, как быть осторожным с правдой и как прикрывать ею ложь, наводя на ложный след.

— Так вот почему ты убил всех женщин своей стаи? Они все восстали против тебя?

— Женщин никогда не было очень много.

Опять правда. Было что-то, чего он не улавливал. Не Лео напал на молодого Фрейзера — это был Джастин.

Молодой волк вернулся. И вручил Чарльзу записку с именем и номером телефона, написанными фиолетовыми чернилами.

Чарльз сунул записку в карман и затем кивнул.

— Ты прав. Женщин оборотней не много, поэтому тех, кто у нас есть, следует защищать, а не убивать. Ты убил их сам?

— Всех женщин? Нет.

— Кого из них ты убил?

Лео не ответил, и Чарльз почувствовал, как его волк воспрянул духом, когда началась охота.

— Ты не убивал ни одной из этих женщин, — сказал Чарльз. Он посмотрел на идеальных мужчин-моделей и на Джастина, который красив в каком-то странном смысле.

Лео кого-то защищал. Чарльз посмотрел на Изабель, которая любила красивых мужчин. Изабель, которая была старше, чем старый Вилли О'Шонесси, когда начал сходить с ума.

Чарльз задумался, как давно Лео знал, что она сумасшедшая.

Он снова перевел взгляд на альфу.