Книга Судьба вечности, страница 3 – Кей Си Кин

— Он убегал в противоположный конец коридора. Что произошло? — Спрашивает Крилл, его грудь вибрирует у меня за спиной.

Кассиан вздыхает. Это резкий и глубокий вздох, гул тревоги на фоне неуверенности в том, что мы не готовы двигаться вперед.

— Я не знаю, но он ясно дал понять, что в его планы входило заставить Адди пробудить свою волчицу и сместиться, — признается он, и мне не нужносмотреть, чтобы знать, что его лицо опущено, подбородок прижат к груди, когда им овладевает чувство поражения. Я чувствую это своей кожей, глубоко в костях и в воздухе вокруг меня.

Я всегда хорошо их понимала, по большей части, но сейчас все кажется иначе.

— Черт, — морщится Рейден, прижимаясь губами к моему виску.

— Что нам делать? — Спрашивает Броуди, его вопрос на мгновение повисает в пространстве вокруг нас, когда я делаю глубокий вдох и выхожу из теплых объятий Крилла и Рейдена.

Четыре пары глаз следят за моими движениями, когда я провожу руками по своему черному платью, выпрямляясь во весь рост и пытаясь снять напряжение со своих конечностей. Слова танцуют на кончике моего языка, готовые утвердить наш путь и закрепить, кто мы есть и кем всегда были.

Как по отдельности, так и вместе.

Несмотря на неизвестные возможности будущего, ясность в нашем единстве придает мне вновь обретенную силу, в которую я раньше не верила. Но теперь я знаю, что она реальна. Так должно быть.

Окидывая каждого из них взглядом еще раз, я делаю глубокий вдох.

— Мы делаем то, что делаем всегда. Мы боремся.

2

АДРИАННА

Я

могу говорить о большой игре, обещая бой, но сначала мне нужно несколько минут, чтобы собраться с силами. Я не могу позволить себе роскошь ускользнуть в свою комнату, где я могу спрятаться за надежными, тщательно возведенными стенами и позволить себе рухнуть под тяжестью своих эмоций. Вместо этого у меня есть около двадцати секунд, чтобы осознать новый слой дерьма, который меня окружает, прежде чем я должна разделиться на части и продолжить с этим.

Моя главная забота — потратить целых двадцать секунд на то, чтобы понять, с чего, черт возьми, начать преодолевать все препятствия, с которыми мы сталкиваемся.

Вцепившись в мраморный туалетный столик, я смотрю на свое отражение, не замечая никаких изменений, и это находит способ вывести меня из себя. Я чувствую себя по-другому; я тоже должна выглядеть по-другому.

Я вздыхаю. Уголок моего рта приподнимается, когда я признаю тот факт, что, возможно, ничего не изменилось, потому что я совсем не изменилась. Я просто высвободила часть себя, которая дремала, и больше она не подавлена. Нравится мне это или нет.

— Я принцесса фейри.

— Я волчица.

— Я гребаная принцесса-драконов.

Слова звучат у меня на языке с юмором, пока я говорю, реальность их по-настоящему не осознается, но я знаю со всей уверенностью, что моя душа связана с Криллом и Кассианом способами, которые я не могу описать.

Я тоже к этому не готова.

Однако я волчица. Я позволила Кассиану заявить на меня права, разрушая подавление, о котором я даже не подозревала, пока оно не было снято. Несмотря на боль, смещение казалось грубым, реальным и… особенным. Момент, который, я уверена, буду воспроизводить снова и снова, но то, что я почувствовала в тот момент, никогда не сотрется.

Слова Кеннера всплывают уродливой головой в моем мозгу, омрачая момент и затуманивая мои мысли.