Книга Судьба вечности, страница 40 – Кей Си Кин

— Недостаточно взрослый. — Он опускает взгляд, когда я хмурюсь сильнее.

Я хочу вернуться к тому, что было раньше, и заставить его почувствовать себя лучше, но это невозможно. Все, что я могу сейчас сделать, — это быть той, кто ему нужен в будущем.

— Это безумие, — бормочуя, не зная, что еще сказать, и грустная улыбка приподнимает уголок его рта.

— Это мой отец.

— Я не думала, что можно ненавидеть его больше, чем я уже ненавижу, — ворчу я, и он посмеивается.

— Это всегда возможно.

— Я не верила, что в этой жизни возможны такие вещи, — выпаливаю я, ненавидя эти слова, как только они слетают с моих губ.

— Например? — спрашивает он, заинтригованный, и я качаю головой.

— Ничего.

— Не стесняйся меня, Альфа. — Он наклоняется через стол, отодвигая мою пустую тарелку в сторону, и берет мою руку в свою.

Закатывая глаза, я избегаю его пристального взгляда. — Сладкие слова и глубокие мысли — это не совсем то, чем мы занимаемся.

Вокруг нас опускается тишина, переходящая в неловкость, прежде чем он заговаривает. — Почему это? — Мой взгляд метнулся к нему, но когда я не сразу отвечаю, он приподнимает бровь. — Почему? — повторяет он, продолжая держать меня за руку, когда поднимается со своего места, обходя обеденный стол, пока не оказывается прямо рядом со мной. Он поднимает меня на ноги, так что мы оказываемся нос к носу, затем свободной рукой берет меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Ты обхватываешь мою киску, и мы трахаемся, — запинаюсь я, правда на вкус как свинец на моем языке, когда его взгляд сужается.

— И это все, что тебя волнует?

— Нет, — быстро отвечаю я, паника пробегает по моему телу, но он, кажется, верит мне.

— Но ты думаешь, что для меня это все? — наконец он что-то бормочет, наклоняя голову, когда рассматривает меня, и все, что я могу сделать, это пожать плечами.

Это именно то, что я думаю, что это значит для него? Возможно? Нет… Я не знаю, но мы действительно не произносим сладких слов и глубоких мыслей, так что я на самом деле понятия не имею.

Чтобы довести мою мысль до конца, он продолжает сжимать пальцами мой подбородок, удерживая меня на месте, а другой рукой отпускает мою руку, быстро двигаясь, чтобы обхватить мою киску.

— Я могу обхватить ладонями твою сладкую киску и все еще вести с тобой глубокй разговор, Адрианна, — хрипло произносит он, посылая дрожь по моей спине, когда я смотрю на него.

— Адрианна, да? — Я выдыхаю, остро осознавая, что мое полное имя никогда не срывалось с его губ. По крайней мере, не в моем присутствии и определенно не нацеленныйна меня.

— Кажется, мне нужно прояснить с тобой некоторые вещи, и меня это абсолютно устраивает, — заявляет он, усиливая хватку на моей киске, в то время как его большой палец сильнее прижимается к моему подбородку. — Когда я заставляю тебя признавать, что ты моя, когда я беру все, что ты можешь предложить, и когда я бросаю тебе вызов на каждом шагу, это исходит из того места глубоко внутри меня, о существовании которого ядаже не подозревал.

От его слов у меня перехватывает дыхание, но возникает естественная потребность спрятаться за юмором. — Твой чл…

— Не произноси «твой член» и не порти мою глубокую речь, Альфа, — прерывает он с понимающим блеском в глазах, и я ухмыляюсь.

Он знает меня лучше, чем я могу заставить себя признать.