Книга Судьба вечности, страница 52 – Кей Си Кин

Я ударяюсь спиной о землю, с моих губ срывается ворчание, когда я рычу на взбешенного мудака. Его глаза не могут сфокусироваться, его движения дерганые, а хватка на моих плечах сейчас такая же вялая, как и у моего члена. Его желание и неутолимая жажда крови ставят его в совершенно невыгодное положение по сравнению с кем-то вроде меня, кто намного выше.…

Его зубы удлиняются, острые кончики поблескивают в лунном свете, но он недостаточно быстр. Когда он наклоняется к моему горлу, я приподнимаю бедра, выводя его из равновесия, прежде чем использую свою скорость, чтобы вернуть преимущество.

Зловещая ухмылка расползается по моим губам, когда я смотрю вниз на измученную душу. В этом состоянии они живут и дышат только ради крови. Безумие пронизывает ихдо самой сути, и только сейчас я узнал, что это из-за нас. Это дьявольски.

Мне следовало бы посочувствовать им, но я не могу сдержать эмоций. Они — несущественный фактор в общей картине. Его кадык упирается в мою ладонь, когда я сжимаю пальцы на его горле, разрывая его на части прежде, чем он успевает сделать еще один вдох.

Кровь пачкает костяшки моих пальцев, собираясь лужицей вокруг его безжизненного тела, но нет времени радоваться победе. Он не единственный вампир, с которым мы сражаемся.

Поднимаясь на ноги, я расправляю плечи и отряхиваю блейзер,давая себе время оценить ситуацию вокруг нас.

Вспышка пламени освещает небо слева от меня, и я оборачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть мерцание белого дракона, по спирали снижающегося к земле. Четыре вампира превращаются в пепел под сильным пламенем, прежде чем дракон снова поднимается в небо.

Крилл.

Часть меня ненавидит то, насколько он чертовски величествен и уникален, но есть часть меня, явно не типичная черта для вампира, которая восхищается им. Я бы почти сказал, что я в восторге, но признание этого превратило бы меня в пепел вместе с обезумевшими мудаками.

Делая глубокий вдох, я сосредотачиваюсь на том, что слышу, и мое внимание обращается направо, где я нахожу Броуди. Его руки прижаты к бокам, глаза едва приоткрыты, а губы двигаются быстрее, чем это должно быть возможно, особенно для того, у кого нет способности к ускорению. Песнопение свободно слетает с его губ, когда вампир за вампиром устремляются к нему, только чтобы найти свою всемогущую смерть, когда они оказываются в футе от него.

Мы могли бы на этом закончить.

Словно услышав мои мысли, из темного леса позади меня доносится боевой клич, и я вздыхаю.

Есть еще кто-то?

Черт.

Конечно же, Бо выманивает нас из стен академии для выполнения секретной миссии, а затем исчезает.

Вытягивая шею, я готовлюсь к новой волне нападающих, в то время как мои мысли остаются о старшем брате Крилла.

Я не уверен, действительно ли он хотел помощи или просто хотел, чтобы мы убивали тех, кого на самом деле нужно былоубивать, а не какого-то дурака в кампусе. Не то чтобы кто-то в кампусе сделал что-то плохое, но мы все взвинчены и тоскуем по нашей девочке.

В моих ушах звенит крик боли, за которым быстро следует еще один и еще. С неба обрушивается огненная струя, за ней следует другая, но на этот раз на другом ее конце не белый дракон.

Нет. Он темно-синий.

Мгновением позже массивные когти опускаются на землю, смещаясь при ударе о землю.

— Наконец-то ты вернулся, — ворчу я, бросая на него многозначительный взгляд, но Бо игнорирует меня, черт возьми. Я делаю шаг к нему, готовый высказать ему все, что у меня на уме, когда движение слева от него привлекает мое внимание, и я замираю.