Книга Моя родословная, страница 66 – Кей Си Кин

Его мяуканье на высшем уровне, и как бы мне ни хотелось съежиться, это заставляет меня улыбаться.

— Зависит от того, Оскар, я твоя любимая девушка только сегодня утром?

Мои руки поднимаются, чтобы поправить его галстук. Он пробуждает во мне кокетство, я ничего не могу с этим поделать, и я не говорила "Никакого флирта". И это хорошо, потому что когда он стоит так близко, окруженная его ароматом, он опьяняет. Он пахнет почти фруктово, но с древесным оттенком и легчайшей ноткой ванили.

Улыбка, расплывающаяся на его лице, жгуча, как грех, но мне нравится преуменьшать его воздействие на меня.

— Детка, ты моя любимая девочка утром, днем, и в моих снах, — мурлычет он.

Он поднимает руку, чтобы погладить мое горло, и от соприкосновения кожи с кожей у меня по спине пробегают мурашки. Эти парни заставляют меня играть с огнем. Наверное, мне не следовало уделять Оскару свое внимание после вчерашнего с Романом, но я была честна, когда сказала,что мне нравится больше, чем один партнер. После Томми я решила, что если не уделять все свое время и внимание одному человеку, это исключит эмоции и преданность делу, и пока все идет хорошо. У меня бывает секс и случайные свидания, но ничего серьезного.

— Итак, я просто хотел сообщить тебе, что Ром рассказал нам о вчерашнем, и…

— Что ты хочешь этим сказать, что он рассказал тебе о вчерашнем? — говорю я, отступая с его места, заставляя его убрать руку.

Я бросаю взгляд на Рыжую, чтобы убедиться, что я не единственная, кто это слышит. Потрясенный взгляд на ее лице и прижатая к груди рука говорят мне, что он действительно только что это сказал.

— Я имею в виду, ты же видишь, что здесь больше парней, чем девушек, и так было всегда. Так что мы всегда держим друг друга в курсе того, куда движутся наши члены. Кроме того, в Фезерстоуне очень часто в отношениях участвуют несколько сторон. Обеспечение связей между семьями и все такое.

Он, блядь, серьезно? Хмурое выражение моего лица заставляет его брызгать слюной еще больше.

— Честно, детка, все хорошо. Мы уже делились кем-то раньше, и я просто хотел, чтобы ты знала, что это ничего не меняет между нами, хорошо?

Что-нибудь меняет между нами?

Нас нет.

Этот парень.

Его рот всегда все портит. Я не могу сдержать мрачный смешок, который срывается с моих губ.

— Каждый раз Оскар. Каждый. Блять. Раз. Ты так хорошо начинаешь, а потом твой язык все портит. А теперь отвали. — ворчу я, беря Рыжую за руку и ухожу.

Он выглядит как раненый щенок, но мне насрать, он будет ранен по-настоящему, если не научится закрывать рот. Оглядываясь через плечо, я вижу, что он пытается придумать, что бы такое сказать, но прямо сейчас это было бы бессмысленно.

— Что здесь происходит? — спрашивает Кай, подходя к нам, и по нашим лицам он понимает, что разговор не удался.

— Ты тоже хочешь прокомментировать мою личную жизнь, Кай? — спрашиваю я чертовски прямолинейно.

Он на мгновение задерживает на мне взгляд, язык его тела остается расслабленным, руки по-прежнему лежат в карманах.

— Нет, — отвечает он, направляясь к «Rolls-Royce».

— Ты идешь, Сакура? — зовет он, стоя ко мне спиной.

Рыжая сжимает мою руку и кивает в его сторону. Мне не нужно повторять дважды.

Кай отстраняется, позволяя мне залезть первой.Дверь закрывается, и перегородка уже поднята. Мы отстраняемся, и я счастлива погреться в молчаливой компании Кая, но, похоже, сегодня он разговорчив.